Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: дом моего сердца (список заголовков)
06:22 

Город, которого никогда не случится - 9

летописец " Hunting words I sit all night."
В лабиринтах между небоскрёбами цветёт ядовитый туман, металлическая пыль переливается сотнями призрачных радуг над крылатыми сводами. По левую руку поёт новая тундра, по правую пустоши, и серебряный скорпион пылает под ледяной скорлупой над воротами. Глубоко оседая в чёрной воде, колышутся корабли, разбивая стянутое морозом море. Тени их, крылатые и бледные, мерцают сквозь рябь набегающих волн, и глубоко внизу тянутся вверх водоросли. Везде, везде, везде болота, вымерзшие в каменный лёд, осушенные, проросшие хрупкими полумёртвыми ивами, залитые отравой и полные до края, до берегов чужой тысячелетней смертью.
В сгущающемся сумраке пробуждаются золотые огни лабораторий, над непоколебимым хрусталём куполов раскалённый воздух сжирает падающие снежинки. А в застывшей земле, под катакомбами, захоронениями, заброшенными обвалившимися улицами и линиями метро лежит будущее, спящее под пуленепробиваемым стеклом, зашифрованное в цифрах кода, дрожащее в голубоватом свете умирающих ламп.
Где-то в глубине памяти, на изнанке полусгоревшей души город мой осознает себя. Он, существо неживое и немёртвое, нереальное, невоплощённое, помнит прошлую мощь: сырые чащи, куда даже луч солнца не мог пробиться сквозь сросшиеся кроны, родники под переплетеньем корней, мили трясин, поющих и шепчущих голосами птиц, жаб и сверчков. Люди тогда жили скромно и тихо, не оскорбляя торфяных болот и доисторических лесов, не топча спускающихся с гор ледников и не осушая прудов, затянутых ряской. Даже и после, когда церкви поднялись из лесов и стена воздвиглась меж лесами и заливом, всё равно город дышал и жил – древний рыцарь, угрюмый и суровый, в обледеневших доспехах, с драконом на щите. Но сейчас там, где был дракон, пылает знак Скорпиона. Над южными воротами, над университетами, над гаванью, над лабораторией. Город не жив, но и умереть ему не позволят.
Пока ещё образ этот – дурман и сон, кошмар в заплутавшем разуме, упавшая на лицо тень. Пока его стены белые, купола синие, а воздух солёный и сладкий от моря и цветов. Не сломлен дух древнего леса, гордого, тёмного, не знавшего человеческого голоса. Багряным и золотым светятся витражи, в старых кварталах сирень и виноград укрывает дряхлые деревянные арки. В фонтан на Улице Фонарщиков бросают мелкие монетки.
Но кое-где поднимается на знамёнах серебряный скорпион. Его власть не прогремела ещё над миром, но символ его уже узнают.
Начинаются смутные времена. И вот тогда Город станет домом, который я расскажу.

@темы: Сказки, Ноябрь, Dark Times, дом моего сердца

08:52 

Asylum - 8

летописец " Hunting words I sit all night."
Сюда нет хода случайному прохожему, сюда не пускают за доброе сердце и милую улыбку, здесь не место заблудившимся и не знающим своего пути. Если ты ищешь сказок о героях и подвигах, то никогда не придёшь сюда: твои железные башмаки, твоя алая нить, твой великий квест никогда не закончится в дымном, шумном, пыльном городе с кучами мусора, с дешёвыми рынками, с прокуренными забегаловками у набережной и толпами подозрительных, пёстро одетых, занятых людей. Если ты ищешь уютного дома, очага, полной чаши и светлого крова над головой, проходи дальше, странник, и ищи других дорог. Но если в твоём сердце дрожит металлическая стрелка компаса, если гул поезда и тиканье часов рассыпается на шифр звука и тишины, если то, что желаешь, дальше и выше, и цена не пугает, а отвратительное зачаровывает, то однажды не понадобятся ни приглашения, ни приоткрытые двери.
Может показаться, что это приют изгоев; нет. Искать здесь исцеления глупо, а прощения - опасно. Впрочем, опасно будет в любом случае, но тех, кто плоть от плоти этого города, не заставит отступить страх. Нигде слабость не будет так смертоносна, как тут, нигде минута сомнения не стоит дороже. Это математический лабиринт, беспокойное место с неровным пульсом; древним сознанием, но невыросшей душой. Там щурится сквозь прорези костяной маски Король Крыс, тасуя карты в колоде; скалится бронзовая химера на улице Фонарщиков, а перед рассветом гремит по заброшенным переулкам кривобокая колесница смотрительницы Часовых Ворот, облачённой в кожаные доспехи, и ворох чёрных косичек бьётся по её плечам. У восточных ворот сидит в каморке Страж Моста, перебирая чуткими смуглыми пальцами разложенные на столе детали. Его левого глаза не видно из-за бронзовой шестерёнки, а правый, прозрачный и бледный как талый снег, глядит в пустоту. Он кутается в шерстяную кофту, поверх наброшена потёртая куртка и тёплый плащ на всякий случай - сквозняки, да и здешние осени холодны для стариков. Вместо знакомой развилки линии жизни и любви на его старых, широких ладонях свиваются спирали бесконечности.
Здесь есть школы и площади, лаборатории и библиотеки, кафе с широкими столами, на которых помещаются книги и тетради, и крошечные квартирки над цветочными лавками, булочными и магазинчиками. Вдоль моря тянутся рынки, трущобы затянуты смогом, университетский район полон дешёвых лавочек прямо между многоэтажными аудиоториями; а рядом, между прачечной и починкой телескопов, можно перехватить кофе со сдобной булочкой. Это место не для мечтателей и героев, не для уставших и не для любящих. Это победа парадокса над привычкой. Магию тут творят те, кто не верит в чудеса, а те, кто отрицает судьбу, кроят будущее.
Те, кто может вычертить на салфетке карту девяти врат; те, кто слышат, как бьют часы и набирает скорость поезд на станции, которая ещё не построена; те, чей разум – ледяная кристаллическая структура, пронизанная электрическими импульсами, практичный и смертоносный, пугающе гибкий и в то же время лишённый всякого поэтического воображения. Те, кто не восхищается волшебством мира, но вскрывают его до основания, покорённые его механической красотой. Амбициозные и вдохновлённые, незамутнённо безжалостные, до последнего вздоха преданные искусству – они становятся мастерами своего дела. Они заключают контракты, выменивают, дописывают, рассказывают, строят и учат, они доказывают теории и изобретают. Им открыты все ворота, потому что что они никогда не смотрят назад; им позволено всё, потому что они отмахиваются от предостережений. Их приют – место науки и торговли, торжество парадоксальной реальности над границами мира.
Здесь нет богов. Здесь нет покоя. Здравствуй, дом! Позволь рассказать о тебе в стали и бронзе, в бумаге и мысли, чтобы всякая память о тебе гремела в чужих умах!

@темы: Сказки, дом моего сердца

07:13 

Дом слов - 7

летописец " Hunting words I sit all night."
Я бродил по тропам над болотными омутами и берегам северных морей, я видел город белый, в журавлиных крыльях и светлых дождях, и город чёрный, в древних храмах и железных латах. Я собирал яблоки на острове, который не знает смерти, и грел руки у очага в замке на границе земли. Моя душа помнит места, которые я звал домом, и все они остались позади.
Моё сердце не знает границ. Куда иду, там дом мой; куда смотрю, там моя земля.
На белом листе распускается карта моей родины; изгибаются реками строки, поднимаются хребты и перевалы, обретают глубину буквы. В пожелтевшем от времени томике стихов страницы пахнут сладко и пряно. Тонкий, пронизывающий ритм слов и нежные сочетания строк ложатся на губы как солнечный луч на исходе дня: тепло крадётся по лицу, ресницам, щекам. И вот я вижу мой давно любимый дом и клонящиеся над оградой гроздья сирени и крыжовника, и в зарослях поёт соловей, а на веранде дремлет пёс, положив седеющую морду на лапы.
Мой дом можно сказать и записать, захлопнуть стареньким бумажным переплётом и засунуть в карман. В него можно пригласить случайного попутчика и давнего друга, туда можно позвать даже тех, кто ещё не родился – оставить для них на крылечке миску земляники и чашку тёплого молока, бросить свернутую шаль через перила. Они придут из своего столетия, которое пока ещё зреет в делах и мыслях, в руках сегодняшних детей. Однажды они откроют ту потрёпанную книжку и следом за вами войдут в дом с зелёными ставнями, погладят рассохшиеся перила, присядут в кресло-качалку, положив на колени шаль, а вы бесшумно появитесь из соседней комнаты.
Этот дом не знает смерти. Здесь не властно даже время – это царство слова и сердца, любви, которая и правда сильнее любых преград. Присядь со мною рядом; некуда спешить и нечего бояться, потому что мы никогда не умрём.

@темы: дом моего сердца, Сказки

09:24 

Мивелоста - 6

летописец " Hunting words I sit all night."
Хотя, строго говоря, это не мой дом.

***
За что любить тебя, проклятая земля, и твои ядовитые пустоши в облаках клубящейся мглы? За сырой холод, за утопленное туманом небо, за волны нетронутого солнцем вереска? Рассыпаются кости и ржавеет железо в подмерзающей почве, плещется тёмная вода в озёрах, и мерещатся проблески свечей в их стылой глубине. Развалины обветшали, и вдоль обвалившихся стен растут рябина и боярышник. Нет, я не назову домом выстуженное, опустевшее место, не буду тосковать о бесконечных ночах, о ледяных прозрачных источниках, бьющих из-под чёрного камня, о колючих снежинках и о цепи безмолвных крепостей на горизонте. Какое мрачное, гремящее, штормовое небо бывало над Мивелостой!.. тот, кто не застал там грозу, вовсе грозы не видел. Я верю в царство небесное – грохочущее, бездонное, перекатывающееся тучами, пляшут лиловые смерчи, ветвистые вспышки молний расходятся по всей равнине. Травы прижимаются к земле, сгибаются ивы, вскипают и пенятся озёра, ветер воет как загоняющий добычу волк, как боевой рог: идёт гибель в грозовых латах, повелитель вересковой пустоши!
Вечная осень царит над Мивелостой – осень, в которой нет места золоту просвеченных солнцем листьев, синеве сентябрьского неба и запаху яблок. Цвета её серый, угольный, бурый, тускло-синий, хмурые утра и пасмурные дни. Там тонкие печальные ивы склоняются, уронив в воду длинные ветви, хрустит заиндевевшая трава и крошатся на ветру листья.
Место-призрак, невозможное создание безумного гения или аномалия природы, сновидение и страх, мечта и мираж. Как вообще может существовать нечто настолько живое и настолько жуткое, полное мертвенного очарования и невинной хищности? Её отравленный смертью воздух горек, её ветер шипит голосами змей, и будто древний нечеловеческий разум властвует над нею, будто он и есть – она, Мивелоста, зовущая меня вересковым шёпотом. Не дом это, а гробница, и давным-давно остыли погребальные костры на её холмах, искрошились крепости.
Будь ты проклята, Мивелоста, и пусть морские волны превратят тебя в дно океана, чтобы рыбы плавали над твоей пустыней!..
…но и тогда моя душа искала бы покоя на твоих просторах. Я видела цветущие поля и леса, полные звука и жизни, но сама я – кровь от крови бесконечной осени, я плоть от плоти её мрачной и мглистой земли, и туда я вернусь, чтобы лежать под седыми травами и грёзить её бледными снами. Но пока я жива, тебе не увидеть меня, хотя твои чары и власть надо мной так же крепки, как раньше. Нет, Мивелоста, пусть другие ищут чёрных озёр и туманных пустошей, пусть их завораживают жёлтые свечные огоньки и нежные прикосновения снежинок. Меня придётся подождать, но что для тебя один срок людской жизни?..

@темы: Сказание, Сказки, дом моего сердца

08:27 

Замок на краю земли - 5

летописец " Hunting words I sit all night."
Мой дом там, где север. Там каменистый берег покрыт низкой травой, в трещинах скал цветёт камнеломка, а ледяные морские волны накатывают снова и снова, в узких фьордах бурлит белая соль. Густой мох на валунах похож на шерсть прилёгшего отдохнуть вепря: жёсткий, густой, в подпалинах желтоватой седины там, где солнечные лучи светили особенно часто.
Мой дом – это перекрёсток миров, где сходятся оси земли в высоком и холодном небе. Здесь быстрые реки стекают с гор, рождаясь в ледниках и сбегая в равнины потоками едва растаявшей воды. Там шепчут стройные рыжие сосны, волнуются пихты, расползается по холмам можжевельник и скрипят осины. Там зреет морошка и брусника, орехи и грибы, а в воздухе уже веет дыханием зимы. Это там рано или поздно, но обязательно встретятся друзья и соратники. Там, в сером замке на гребне холма, зажигают высокие свечи и топят очаги, пекут хлеб и заготавливают мелкие северные яблоки на зиму.
Это туда после бесконечных битв, после смуты и беспорядка, после странствий по чужим краям придёт путник, и наконец-то многолетняя усталость спадёт с его плеч. Мы однажды увидимся тут, у горящего очага, за длинным столом, над пряным вином и медовым хлебом, когда все былые ссоры и расставания будут такими же далёкими и неважными, как рисунок ветра на песке. То, что однажды ложилось на тело шрамом, станет легче пера. Я знаю, что у вас впереди целая жизнь, что зовут невстреченная любовь, ненаписанные истории и несовершённые дела. Битвы, в которых суждено победить, ещё не начались, и верные друзья пока едва знакомы. Но потом, когда отгремит и отгорит, когда отплачется горе и отпустит боль, и всё, что останется – это тепло остывающей золы, вы придёте. Вот куда надо плыть: к северу, к северу по синим волнам, по белой пене, по зелёным морям, пока не закончатся владения любого из живущих людей. И там, на никому не принадлежащей земле, стоит крепость из серого камня, и на её ступенях я встречу вас. Кошка будет сидеть у моих ног, и я протяну вам руку.
На самый край земли, куда ничего не нужно приносить, кроме своей памяти.

@темы: Сказки, дом моего сердца

23:29 

Остров - 4

летописец " Hunting words I sit all night."
Мой дом омыт зелёным морем, и у побережья клубятся облака тумана. Густая мгла свивается в бухтах и гротах, крадётся по волнам и стелется по мокрой траве. Здешние волны веселы и смешливы; их кудрявая пена блестит, набегая на пологий берег, и лижет светлый песок. Тихо поёт прилив, перекатывая ровную гальку и блестящие ракушки. Но под переливающейся поверхностью щерится хищное дно, каменная пасть подводного монстра. В его зубах распадаются год за годом остовы кораблей, моллюски облепили их корпуса и рыбы плавают над палубой. Там темноте и смерть в толще ледяных течений, призрачные суда и хрупкие скелеты, затонувшие грузы, и давным-давно истлевшие паруса сменились колеблющимися водорослями.
Вдалеке поёт лютня, ей вторит тихий, сладкий, едва различимый плач свирели, и когда в их музыку вплетаются звуки флейты – такие нежные, такие печальные, что от их красоты сжимается сердце и перехватывает дыхание. Ноги утопают в мокрой свежей траве. Над головой переплетаются ветви цветущих яблонь, над пышными кронами - полуденная синева, и хрустящие снежинки кружатся в тёплом воздухе. С противоположного берега доносится густой аромат клевера и стынущей смолы.
Сколько не вглядывайся, но всё, что я вижу с берега: зелёное море, дрожащее под нежным ветром, и синее хрустальное небо. А за моей спиной осыпается яблоневый цвет, тоскует свирель и жужжат сердитые вечно занятые пчёлы. Странная тревога скребёт под сердцем, словно давнее воспоминание не даёт покоя, словно за этими изумрудными волнами – за безоблачными пределами – кто-то зовёт меня. Но здесь мой дом – на острове, где мёд, соль, снег и яблочные лепестки. На цветущей земле, дышащей музыкой и весенней мглой, где круглый год растут мята, лаванда, базилик, и шиповник полон ягод. Я глажу прижавшуюся к колену собаку, и она довольно жмурится, заглядывая мне в лицо. Неясное беспокойство исчезает. Не стоило слушать восточное течение... оно вечно болтает о странных и мрачных делах, выдумывает небылицы о немых скалах, скованных льдами равнинах и огненных дождях. Вон смеётся ива, услышав мои мысли. Пора возвращаться.

@темы: Ynis Avallach, Сказки, дом моего сердца

10:12 

Пустыня - 3

летописец " Hunting words I sit all night."
Мой дом там, где над волнами клубящегося песка, сквозь облака раскалённой пыли плывут силуэты пустынных демонов, узкие, призрачно-дымные, закутанные с головы до пят в летящие одежды. Там лиги потрескавшейся от солнца пустоши зацелованы солнцем, и его лучи падают на багряные дюны, золотые барханы и шуршащие насыпи. Там зацветает лиловым облаком тамариск, плачет шакал, а в руслах высохших рек разрастаются полынь и лебеда.
Я помню россыпи звёзд на ночном небе, выжженные пустоши, мелкий песок и жгучий ветер, землю без границ и небо без края. Вот там, на горячих ладонях песчаных бурь дремлет моя душа. Там свиваются в плети мои песни, танцуют в моих руках; пыль пляшет под копытами коней, воздух поёт под сталью. Горечь, жар и сухость колеблющегося над землёй воздуха. Звон струны под небрежными пальцами, узкая рука в плотной перчатке, выскользнувшая прядь волос – шёлк чернее ночи – но во взгляде над закрывающей пол-лица тканью горит синева южного неба.
Всё это часть меня: и рыжие прерии, и монгольские степи, и смерчи на песчаных гребнях пустынь. Песня койота, запах акации, жаркая пыль, сухая почва, песок и солнце, а между ними дрожь накалённого воздуха. Перестук глиняных бусин, запах апельсинов - толстая кожура плотная, влажная, ярко-оранжевая сверху и розовато-белая, рыхлая внутри, и аромат её свеж, остр, и пальцы горькие от её сока и сладкие - от мякоти. Бледный цветочный чай остывает в низеньких чашках, мёд в горшочке прозрачный и густой, и тонкие имбирно-острые печенья насыпаны в расписанные блюдечки.
Вот мой дом: сон ящерицы на горячем валуне, раскинувшиеся под бледным небом саванны, полёт жаворонка и бросок кобры. Он разбросан по всей земле, но он ширится с каждым годом, мстительный, голодный и древний; пядь за пядью, он отвоёвывает свою огненную власть, и я иду за ним след в след, и горячий песок не обжигает моих ног.

@темы: Сказки, дом моего сердца

10:46 

Лес - 2

летописец " Hunting words I sit all night."
К слову о текстах, которые были написаны пару лет назад, а запостить их мне помешала лень.

***
Мой дом не знает своего и чужого, человеческого и звериного, доброго и дурного. Мой дом – чешуйчатый лес, разломы чёрной почвы, облака инеистого пара в стылом воздухе, немые ручьи в змеиных корнях. Моя родина – глухие торфяники, папоротниковые чащи, сырость и темнота и холод, волк по правую руку, цапля по левую, а под лопатку упирается взгляд лесного хозяина.
Мечутся в панике мыши в высоком мху, гуси кричат над кромкою сосен, и трещиной расходится сизое ночное небо: тускло-розовый рассвет стремителен и морозен, рыжая хвоя золотится в прогалинах. В чёрном омуте мелькают отблески утреннего неба, дрожь пробегает по камышу, сырая мгла тянется над поверхностью воды, накрывая жёлтые кувшинки. Дремлют жабы, и змеи, и ловкие ящерицы, и в зарослях осоки спят утки. Рысь, свернувшаяся под сплетёнными корнями древней ели, поводит во сне ушами.
Глухой лес не знает любви, но хранит закон о том, что всё едино и равноценно, и нет большого и малого, ценного и бессмысленного: и глупое и мудрое, слабое и могущественное, доброе и отвратительное – ничто не важнее иного, а любое, что корень от корня и кровь от крови жизни – то и есть жизнь.
Я и есть мой лес: я и куница, крадущаяся сквозь траву, я и сова, дремлющая в своём дупле, и кувшинки над омутом – тоже я.

@темы: дом моего сердца, Сказки

11:36 

Пристанище (те, кто никогда не умрут)

летописец " Hunting words I sit all night."
Здравствуй, святая обитель, приют беспокойных сердец,
Тут над курганами камень и солнце, не памятный крест;
Ястреба тень между ветром и светом скользит вдоль небес,
А под ними лежат валуны и трава – бесконечная степь
Где никто никогда сколько помнит земля не сумел умереть.
Жаркий край, где бессильна сама бледноглазая смерть,
Ни мостов, ни дорог, ни развилок на бурой траве
Оглянись и забудь всё, что дорого было тебе.

Дальше чёрных озёр, где под волнами мёртвые свечи горят,
И ручьи, в жарких руслах которых кипела змеиная кровь,
Всё теперь позади, все теченья и воды повёрнуты вспять,
Все замки и печати, все клятвы не стоят потраченных слов.

@темы: дом моего сердца, В рифму

22:40 

дом моего сердца - 1

летописец " Hunting words I sit all night."
Мой дом во мгле и сновидениях, шелест его голосов наступает и обнимает душу, он прибежище беглецов, он покой для странников, он тоска для оставшихся.
Сюда не мостили широких дорог, сюда не строили гордых мостов, изгибающих белые арки над бурными реками. Корабли не подходят к берегам в предательски нежном тумане, не подплывают к хищным камням на неожиданно близком дне. Но сотни, тысячи тонких тропинок, едва приоткрытых дверей, незаметных поворотов ведут сюда. Паутина из заброшенных улиц и нехоженных путей охватывает мир и сходится здесь, где бьётся сердце этого края. Так шаг за шагом, за случайным поворотом, за истёртой ступенькой люди идут, идут, и приходят туда, где нет карт и стрелка компаса кружится, не в силах поймать направление.
Что здесь есть?.. болота.
Болота укрывает пушистый мох, рука утонет в его серебристо-буром узоре. Мелкие цветочки, сладкие красные ягоды, ледяной и затхлый запах стоялой воды, и омуты - воротца в непроглядную черноту. Я-то знаю, что под колодцем этого недвижного мрака, проросшего зелёной ряской, дремлет свернувшееся пламя. То и дело блеснет огнистая чешуя, вырвется змеиный янтарь из-под приоткрытого века. Но они спят крепко, переплетясь кольцами, и золотое сияние от их тел поднимается, поднимается, поднимается по стенам из нор, растворяется в воде. Когда-то здесь были озёра, полные света, и путники со всех краёв земли приходили взглянуть на это чудо. Говорили, будто древний король похоронил свои сокровища, чтобы волны укрыли его навечно. А ещё - что на недосягаемом дне покоится великий воин прошлого, в зачарованных доспехах, с легендарным мечом в руках. Рассказывали, что это огромные врата в царство смерти открываются, и мёртвые ряд за рядом идут туда, каждый с пылающим факелом в руках, и их магический блеск не погасит ни вода, не темнота, ни глубина. А потом озеро становилось глубже, ряска затянула зеркальную гладь, и год за годом болото наступало. Воины, правители и сокровища остались в песнях, а в водяных норах на илистом дне спят золотые ящеры.
Что здесь есть?.. пустоши.
Пустоши - злопамятная, мстительная и неспокойная земля. Она не молчит никогда, её травы шумят, шуршат, шелестят, шепчут о былых сражениях, о том, как мятежники с севера пришли на вересковые равнины и зажгли яркие огни, построили прочные крепости, осветили сумерки. Они гуляли по серым просторам, они говорили с ней на её языке - на языке камня и вереска, дождя и бурь. Они пели песни и жили на её ладонях, и пустошь любила их. Давным-давно мятежники проиграли свои битвы, давным-давно даже могилы их не увидеть в седой траве, а вьюга танцует на развалинах замков. Но пустошь поёт, плачет, молит, острые листья звенят инеем. В летописях пишут: нет конца этим вересковым лигам, волнующимся под клубящимся тучами небом. Сколько не иди, новые холмы будут подниматься и опускаться, и лишь иногда видно станет чёрные пруды и тонкие ивы вокруг.
Что здесь есть?.. то, что приносишь в сердце.
По тонким тропам не пройти с тяжёлым грузом. Пустота, осеннее небо и птичьи крики - всё, что после унесёшь в ладонях.

@темы: дом моего сердца

Замок над озером

главная