Прочитайте, как обстоят дела у сайта Дневников и как вы можете помочь!
×
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: ноябрь (список заголовков)
07:10 

летописец " Hunting words I sit all night."
***
O my golden knight, who are you waiting for
In the autumn?
Who’s dreams you see, for whom will you raise
Your holy cup?
Have they said – this is a witch,
The venom is in her speeches
And her voise is steel,
And her soul is dark.
Not by wine – by blood in the cup of gold
Splashes my life, o my autumn lord.
In the secret land where sky is black
And the silver grass is dancing with death –
I am standing over the misty lake
Waiting for you.

What is my love for you,
Love of the witch, my knight?
What if my soul were a fire of hell,
And yours – а reflection of sky,
A song of the western wind?

Over the northern sea, over the grey rocks
On the ancient island sleeps your queen.
With a black threads – with a golden locks
I will spin your life, o my autumn lord.

I will wait for you over the lake of mist,
In the secret land where the sky is cold,
Wait for you, my knight and my lord.

@темы: Ноябрь, Нирнил, В рифму

09:08 

летописец " Hunting words I sit all night."
"Примите, небеса, мою исповедь, слушайте признание моё, ибо я напишу его кровью и сталью на осенних листьях, и северный ветер разнесёт их по земле, и ночь будет читать их, и плакать над ними замёрзшими слезами.

Да простятся мне грехи мои, ибо просит за меня осень.

Да пройдёт боль моя, ибо на защиту мою встанет смерть.

Стой со мною, одиночество, путайся в волосах инеем и снегом, туманными крыльями рванись вверх, унося мою душу в беззвездную зимнюю ночь, из обледеневшего леса вой на луну волчьими голосами.

Танцуй со мною, любовь, в серебряных искрах дождя и туманных залах, говори со мною голосом тишины под звёздным небом, шиповником и златоцветом прорасти сквозь развалины крепостей, обвейся вкруг изломанных копий. Над чёрными озёрами помни меня.

Смейся со мною, страсть, переплетайся медью и пламенем в судьбах людских, смешивай в их глазах отчаяние и гнев, плавь серебро в огне их сердец, в шёлке и сиянии факелов – побеждай!

Плачь со мною, горе, тонкой вязью букв ложись на пергамент, струнами отзывайся на движение пальцев, отзвени на губах рябиной и мятой, чёрными траурными лентами вплетайся в косы, снежинками вейся над сухой травой.

Иди со мною, надежда, битым льдом рассыпайся по дорогам, золотистым отсветом окрашивай лица, повторяйся в голосах людей и в шелесте листьев, расцветай клевером на полях, пробивайся ледяными ручьями сквозь камень.

Дети людей, бойтесь истории, ибо она возвращается, дети богов, бойтесь судьбы, ибо она справедлива. Темны озёра и холодны вересковые пустоши Мёртвых долин.

Я сказала моё слово."

@темы: Сказки, Ноябрь

08:56 

летописец " Hunting words I sit all night."
Сестра моя, теперь я вижу ясно: Семимирье убило нас. Время тает в моих ладонях, а жизнь моя делится – до и после. Нет больше для нас ни лет, ни расстояний: мы ушли, но по-прежнему снятся нам ледяные степи Нирнила и вересковые пустоши Мивелосты. Всё, что мы делаем, отныне (а про себя – и навсегда, наверное?) – только о Семимирье. Нет у нас иного пути – что говорить о выборе, если связана, скована, заперта – душа? Всё, что я люблю, помню, знаю, ненавижу – в нём.
…Ухожу, не прощаясь. Без объяснений – ты не видела, как было это, и сломанный на Совете меч ты не помнишь (а впрочем, к лучшему), и ступени теряющейся во мраке лестницы, и чёрное небо – последний взгляд, а потом – не обернувшись – вперёд. Так сложилось.
В этом мы были с тобой различны: страстность твоего сердца прорывалась в каждом твоём действии, в любом движении, даже во взгляде и выражении лица. Порывы же моей души проявлялись редко и всегда несли за собой страшные последствия.
Я не вернусь туда, сестра. Так сбылось, и я не скажу тебе - прости. Тебе не нужны мои слова, а я умею уходить тихо.
***
Я долго думала, постить это сюда или нет... потому что, хоть текст и не личный и даже не персонажный (не моего персонажа во всяком случае) я боюсь, воспринят он может быть именно так. Но честно говоря, он не соответствует в том числе и книге - скорее лирическое отступление, предпринятое мной, чтобы взглянуть со стороны на сюжет.
Ах да. Это очередной дубль с ЖЖ - вот теперь я полностью перетащила всё сюда.

@темы: Ноябрь, Записки с тёмной стороны

09:35 

летописец " Hunting words I sit all night."
Вечная осень глядится в озёра твои,
Осень танцует в льдисто-серебряных травах,
Жёлтыми птицами листья кружатся в небе.
Сколько же лет пролетело, тебя задевая пыльным крылом
И тревожа мёрзлую землю твою,
Мивелоста?
Сколько войн пронеслось над тобой,
Рассекая клинком сверкающим ветер?
Голосом вьюги и голосом стали о воздух –
Пой, Мивелоста.
Совсем недавно у меня был довольно долгий период глючности по нирнилской Мивелосте. По Нирнилу вообще. По серым крепостям, по пустошам, по вересковым полям и небу, позабывшему солнце. По этой его истории, полной непроглядно-чёрных пятен, по жутковатым трагическим легендам, по безнадёжно-прекрасным балладам о коронах великих правителей, лежащих под водой зачарованного озера и героях, уводящих за собой... в темноту? в вечность? в легенду.
В Мивелосту.

@темы: Ноябрь, Нирнил, В рифму

07:36 

летописец " Hunting words I sit all night."
В переплёте окна – ноябрьский снег вперемешку с дождём;
На стекле – ледяные карты неизведанных зимних стран,
Незнакомых дорог кружевная вязь рассыпана инеем,
И в руке почему-то всё тяжелее перо.
Жаль, что история безмолвна. Жаль, что стрелы острее перьев,
Что Мосты, оказалось, важнее легенд и слов.
Я сумею вернуться, только – летописи молчат,
И я промолчу, запрокинув лицо к дождю.

Разговор пошёл о последних битвах, больших и малых,
Королях и мечах, предсказаниях, Совете, цветах и коронах -
Я промолчу, и замёрзшие руки сомкну на чаше, и закрою глаза;
Сон – или вдруг наступила осень, которой не видно края?
Бред – или мне просто нет больше дела до ваших войн?
Я бы сказала – какие к чёрту сражения,
Я бы сказала… хотя не стоит, конечно.
Я промолчу. Улыбнусь и шагну назад, уступая путь.

@темы: Ноябрь, Записки с тёмной стороны, В рифму

08:13 

летописец " Hunting words I sit all night."
После камина и глинтвейна мне стало лучше настолько, что я могу связно излагать и рифмовать свой бред (не то, чтобы содержание от этого оказалось нормальным... нет))).
Поймала себя на дурацкой мысли (последствия трёх огромных чашек горячего вина?): хочу быть не одна. Хочу, чтобы мне написали стихотворение. И спели колыбельную. Второе даже больше. И в принципе, при таком раскладе летописец согласен участвовать в любых историях. Даже грустных.

@настроение: немного не в себе...

@темы: Ноябрь, Записки с тёмной стороны

07:40 

летописец " Hunting words I sit all night."
Мне снились сегодня норны в просторном тёмном доме. Они пряли чёрную шерсть, и каким-то образом с прялки сбегали и вились по полу одновременно десятки нитей. За распахнутыми окнами и дверями сыпался снег и, кажется, начиналась метель, но всё это происходило исключительно за порогом, а внутрь даже ветер не задувал.
И к чему бы это?
Сегодня ещё одна ровная цифра):
Всего просмотров: 2 222

@темы: Ноябрь, Записки с тёмной стороны

10:10 

летописец " Hunting words I sit all night."
---
Всё-таки огромная разница между тем, чтобы писать Сказание или же тот романчег который Проба Пера. Это тоже интересно, а то бы я даже не начинала - просто в Сказании я выкладываюсь на каждую строчку, полностью, так что потом даже на связные мысли не хватает; Семимирье всегда так захватывает, что видится потом сквозь реальную жизнь. А здесь - легко, простой сюжет, симпатичные мне герои, абсолютно не выматывает, наоборот, пишется с улыбкой. Беспроблемно.
И да, я закончу его хэппи-эндом! Я их так люблю, а в Сказании... не очень-то выберешь, там рулит логика повествования. Но здесь будет главным Авторский Произвол!
---
Наверное, я законченный и безнадёжный интроверт и социофоб. Мне легче переносить одиночество, чем молча бесится на кого-то. Одиночество хотя бы можно переплавлять во вдохновление и использовать для каких-то полезных целей, а раздражение, знаю по опыту, направляется исключительно на саморазрушение.
---
И мне сказали, что великие истории никогда не заканчиваются. Смысл в их бесконечности, если никто их всё равно не продолжает? Или в этом и смысл... какой-то, потому что я не люблю рваные концовки: если уж завершение, но пусть не свисает со стен арсенал невыстрелевших ружей. А вот если автору не хватило времени, сил, история слишком длинная - тогда что? Блин.
---
А вообще-то, всё несерьёзно, я просто устала. И даже не физически. Сама себя ухитрилась достать до такой степени, что хочется смотаться подальше.

@настроение: усталое

@темы: Ноябрь, Из жизни хрониста

10:39 

летописец " Hunting words I sit all night."
Сказки ведь тоже бывают разные, так? Есть такие, тёплые, уютные, с молоком в чашке, деревянными половицами в домах, крыжовником и милыми тихими чудесами. Я такие пишу иногда - летними вечерами. Есть великие сказки, древние и героические, о королях, героях и благородных дамах, о волшебниках и пророках, о сражениях, проклятиях и предсказаниях. Эти сказки были записаны цветными чернилами в старых книгах, под неровный отблеск свечей и шорох пыли под рукавом. Есть сказки-баллады - они вообще редко записываются, а если уж случается, то впопыхах, перекинув через колено свиток, набрасываешь основное. Обычно они поются в придорожных тавернах, перед костром, в чужих незнакомых крепостях. Мешанина образов, легендарные события, реальные люди, лютня под рукой, плащ через плечо...
А бывают иные сказки, невесомые, неземные. Те, которые улыбаются в звенящей тишине, жутко, тихо, близко, светло. В этих сказках - небыль, нечисть, нежить. В этих сказках - болота, бурый камыш, серебряный тростник, бледная призрачная луна, мыши бегают в белёсой траве. В этих сказках в веретено заплетаешь солому, и стекает с него - золотая пряжа. В этих сказках на ногах башмачки из красного бархата, а драгоценные пряжки острые. И бежишь по дороге, а за спиной - беззвучный хохот.
Это тоже сказки. Они не злые. Просто такие уж они есть, иногда пугающие, иногда несчастные, иногда трагические. У них лица призраков, у них вечно удивлённые, светящиеся глаза, острые улыбки и цепкие пальчики. Не бойтесь, когда осенним вечером вы увидите их за окном, выглядывающих из темноты. Не бойтесь, когда услышите их холодное дыхание за плечом - они просто смотрят. И если вы, обернувшись, заметите их ломкие тени на клеверовых листьях - тоже не бойтесь. Это не опасно, это только любопытные сказки наблюдают за вами, склонив по-птичьи голову к хрупкому плечу, распахнув кошачьи глаза. Слышите шелест - это они переговариваются, смеются легко и страшно.
Как-нибудь я расскажу такую сказку. При случае.

@темы: Ноябрь, Сказки

12:48 

сказка для Velnar

летописец " Hunting words I sit all night."
Правда, получилось не совсем так, как я задумывала... скорее рассказ, чем сказка.
«Сова на ветке». Безнадёжный дождь барабанил по облупившимся буквам старой вывески, которую ещё в пятьдесят шестом прибил сюда Старик Криннс, легенда нашего города. В широких оконных стёклах, прикрытых с краёв старомодными занавесками в горошек, сквозь серые потёки виднелась промозглая неуютная улица. По мостовой неслись потоки грязной воды, разбиваясь о бордюры и стены домов. Прохожие брели, подняв воротники и надвинув на лоб шляпы.
читать дальше

@темы: Ноябрь, Сказки

08:49 

летописец " Hunting words I sit all night."
Есть сердца из мёда, смолы и цветущих эдельвейсов, как у Принцессы. Они звенят, как серебряные бубенцы, поют в небе, стучат в ритме танца: раз-два-три, поворот, пируэт, раз-два-три, шаг, полёт!
Есть сердца-светлячки, как у Бабушки Розы. Они светятся в окошках маленьких уютных домиков, но знают и заботяться о тех, далёких, странствующих за сотни лиг. Они спрашивают, волнуются, создают, желают счастья.
Есть сердца непроглядные, холодные, чистые, как ноябрьские пруды. Есть сердца из камня, из кленового дерева, из меди, из воска и табачного дыма. Сгорающие в пепел и чадящие – и ясные, с пламенем чистым и жарким. Порхающие и невесомые, как бабочки – и хищные, крылатые ястребиной гордостью.
А однажды я встретила человека с сердцем из пыли и золы. У неё были зелёные глаза, волосы цвета старой бронзы и лицо, застывшее в глубоком покое. С плеч свисала длинная шаль, накинутая поверх коричневого шерстяного платья.
- Кофе? - спросила она.
- Да, пожалуйста, - я подставила чашку, - Энетта. Я хочу написать о тебе историю. Летопись Семимирья. Ты поможешь?
Выражение её лица не меняется, когда она аккуратно наливает кофе в свою чашку, а потом осторжно берёт кувшинчик со сливками.
- Что, если мы просто поговорим? - продолжаю я, - Здесь или в Замке, неважно.
- Господин Фюльх? - кувшинчик наклоняется над кружкой Шушь Фюльх.
- Спасибо, - благодарит он.
Я рассказывала о переписке с Фиолой, о других героях этой истории, о встречах с ними.
- Посмотри, - я достаю из сумки альбом, - В этой секции – карты, я правильно нарисовала? А тут портреты. Я не всех знаю в лицо, кое-кого пришлось рисовать со слов…
Энетта скользит взглядом по рисункам.
- Сахар? - предлагает она, - У меня есть ещё корица и гвоздика.
Шушь Фюльх резко меняет тему.
- Мы недавно были в старом Городе, - говорит он, - Ты о нём слышала? Это такое место, где всегда ноябрь. Немного похоже на тот город, где ты жила. Там тоже спокойно.
Она слушает молча, опустив ресницы и сплетя бледные пальцы.
- Дождь почти не прекращается, и сумерки длинные, а ночи – тихие. А на Фонарной улице кафе, называется «Сова на ветке», тебе бы понравилось, уютное и мирное…
Кофе заканчивается, и мы прощаемся. Энетта кланяется так же отрешённо, и когда мы выходим из комнаты, я вижу её силуэт, замерший у окна.
- Думаешь, у нас что-нибудь получится? - интересуюсь я.
Шушь Фюльх задумчиво прикусывает кончик хвоста.
- Нет, это бесполезно, - наконец роняет он, - Абсолютно бесполезно.
Я вздыхаю.
- Тогда…
- Ты справишься, Летописец, - фыркает Шушь Фюльх, - Ведь это твоя история.

@темы: Сказание, Ноябрь, Сказки, Герои

06:08 

летописец " Hunting words I sit all night."
Сколько вы ждёте их – сколько лет, строк, жизней, песен? Сколько вы ожидаете, что вот, сейчас они придут, проскачут над всколыхнувшимся морем, и грохотом копыт по мостовой раскатится эхо? Или же надеялись вы, перебирая струны на древних их арфах, которые они оставили, что они ступят на ваш берег, и в блеске былой славы, воспетой и возвеличенной менестрелями, пройдутся по площадям вашим?
А они пришли уже, древние, сумасшедшие, лёгкие, хрупкие, как были. Покачались, раскинув руки, над краем моста, и шагнули вперёд, беззвучно расхохотавшись над оскалившейся ночью. Посмотрите, как развеваются их светлые волосы, как пляшут в диком танце тонкие браслеты на их запястьях. Посмотрите, как луна отражается в их глазах, диких и ярких, словно свечки над болотной водой. И как ночами неслышно воет вереск у них под ногами, и как чёрные мохнатые ночные бабочки метаются у них за спиной.
И вы преклоняете колена у камней, что некогда были стенами крепостей их. Разве не ясно, что они вернулись, что они не уйдут надолго от земли, где проросли травою песни их, где застыли льдом слёзы их, где их язык до сих пор повторяется в воде и листве?

@темы: Ноябрь, Сказки, Ynis Avallach

05:17 

летописец " Hunting words I sit all night."
Когда-нибудь я устану от Города, где я живу. Мне станет скучно бродить по улицам, они такие узкие и серые, и всё так знакомо и бестолково-уютно, что захочется убежать. И даже маленькое кафе с прошлогодним календарём на стене мне надоест.
Тогда я возьму последний билет на поезд, отходящий на рассвете, и всю ночь перед отъездом просижу на крыше Библиотеки, глядя на луну. Ночные мотыльки и кошки будут молчать вместе со мной. Под утро спущусь к реке и буду ловить листья, плывущие по серебряно-тёмной воде. У меня руки замёрзнут, ну и пусть, всё равно на самом деле мне тепло. А листья эти я потом сплету в венок, в корону, надену её – и пусть узнают меня по ней. В поезде под стук колёс буду сочинять стихи, и тут же все забуду – и даже не расстроюсь, я после новые напишу.
Я сойду на последней станции и пойду пешком; мне скажут «дальше дороги нет», а я отвечу – «значит, по бездорожью». И если там будет темно, сплету светильник из рябины; будет опасно – сделаю меч из камыша и перьев. Однажды оставлю его в камне, а корону – на перекрёсте; в тот же день получу чашу в подарок и унесу её туда, где меня ждут.
Мой поезд отбывает на рассвете.

@темы: Ноябрь, Сказки

05:34 

летописец " Hunting words I sit all night."
Мы – не святые и не стражники, не носим гитар и мечей
Но мы умеем сражатся, если не получается просто петь;
Мы сочиняем письма о том, чего не было, в дрожании тонких свечей,
В монастырях и в замках, в тавернах и деревнях в излучинах рек.
Мы такие же как все, и не одни из, но не боимся костров,
И не то чтобы нам не писан закон – написан, но нами же:
Свод советов, а главный из них – из двух зол выбирать добро
(даже малое)
И останемся мы в конце концов не героями и не стражами,
Но собой.

@темы: Ноябрь, В рифму

10:44 

Мельница штормов

летописец " Hunting words I sit all night."
Осенью облака тяжелеют, опускаются, и как из раскрытых великанских ладоней рассыпают щедро ливень по всем холмам, пустошам и равнинам. И когда серые зёрна дождя входят в землю, поля разбухают и поднимаются, теснясь в низких горных хребтах, начинают беспокойно шевелится и рокотать: им хочется высунутся за край гранитного гребня и поглядеть наружу. Мутные реки темнеют ещё больше, пухнут и расползаются по руслам, заполняя низины холодной водой. Вся земля, охваченная внезапной ноябрьской лихорадкой, колышется и бунтует наводнениями, осыпями и просевшими в грязи дорогами.
Так она будет бродить и шептать до самого марта, и лес успеет сначала почернеть от горя перед зимой, а потом стремительно побелеть под снежным пухом. Трава истончится и поседеет, сгорбится под капельками замёрзшей воды. И всю зиму, пока она не распрямится и не нальётся сладким зелёным соком, зёрна осенних бурь будут спать и спать.
дальше

@темы: Ноябрь, Сказки

13:20 

странная сказка

летописец " Hunting words I sit all night."
Тук-тук.
Яблочные ветки стучат в захлопнутое окно. По стенам бродят журавлиные тени - высокие, тонкие, длинноногие, танцуют и протягивают хрупкие крылья. Лампочные отблики скачут по ним, изламывая узор перьев. Гудит, блестя круглым боком, чайник на маленькой плитке у подоконника. Устало дребезжит радио, путая помехи и музыку. В чашке крутится ложечка - точно как стрелка компаса, север-запад-юг-восток. Туда-сюда.
дальше

@темы: Герои, Ноябрь, Сказки

13:09 

Осторожно, поток флуда

летописец " Hunting words I sit all night."
~ упс.

@темы: Ноябрь, Сказки

06:57 

Демоны

летописец " Hunting words I sit all night."
Жги свечи, связывай в пучки можжевельник и зверобой, не поднимай головы – на дворе беснуется ноябрь. Там, за дребезжащим под ударами шторма окном, белёсое пламя пляшет, вьётся над мокрой дорогой, незримое, неощутимое. Бледные серебряные струи дождя разбиваются о мостовую.
Ты держишь пальцы на стальном лезвии, месяц – фронтовая линия, только бы пережить. Но ты ещё не знаешь, что бурю вокруг удержать легко, немудрено отпугнуть злых духов. Это простая власть, но если голос твоей крови, твой дух проснётся и зазвучит как медь, заслышав в небе музыку дикой охоты – сможешь ли ты удержать его? Чем тебе поможет очерченный круг, железо и оберег?
Кто поможет тебе, когда над тонким слоем зернистого снега ты увидишь лиловые сполохи призрачного огня, когда сырая мгла, ползущая на зелёной зыбью замерзаюшей реки, будет пахнуть цветущей яблоней? Тонкие фигуры, острые лица, светлые прозрачные глаза – звёзды и светлячки – и ты перестанешь удивлятся, замечая их.
Да, ты не веришь, сердце моё, сестрёнка, но ночь на Самайн не спишь, свеча горит в твоём окне, и ты молчишь, когда они летят сквозь ночь, серые призраки на крылатых конях, мчатся во весь опор по штормовым тучам, и горе тому, кто встанет на их пути! Взгляды их как пожар, и холодны следы.
Но если это правда, дитя ноября, мой зеркальный близнец? Подойди-ка и взгляни на своё отражение, протяни пальцы к стеклянной границе, и с той стороны я потянусь к тебе, коснусь своей холодной рукой твоей, тёплой.
Да, мы похожи, дитя ноября, плоть от плоти древнего народа, семя нездешней бури. Я был с тобой, когда ты была слаба, и когда тосковала, и когда спотыкалась, и когда любила, и когда падала.
Позови меня, сестрёнка, не вслух, а так, как умеем мы. И я приду к тебе, вышагну из зеркала, из дождевых струй, из сумеречной тени, я улыбнусь и встану у тебя за спиной, и ты почувствуешь на левом плече мою руку. Ты больше никогда не будешь одна. Не останется на всей земле ничего, что может ранить тебя – ни сталь, ни серебро, ни огонь, ни слово, и ты пройдёшь сквозь осень; снег в твоих волосах будет сиять как венец.
Тогда ты наденешь стальные кольца – но уже не для защиты. Ты улыбнёшься, выходя наружу, и спрячешь ключ под дверью, и шагнёшь на дорогу. И потом ты обернёшься и дашь мне руку, тонкую, тёплую, в стальном браслете, и я согреюсь от вечного холода у твоего сердца.
Знаешь, счастье моё, так могло бы быть; тебе всё ещё снятся, грёзятся древние леса и пустые холмы, и чужие дороги, танцы и песни. Ты закрыла дверь, занавесила зеркала, спрятала меня от самой себя, но я рядом. Ты веришь в богов, моё сокровище, а я верю в тебя; и я жду.

@темы: Ноябрь, Нечисть, Герои, Сказки

09:38 

Ещё одна ноябрьская история

летописец " Hunting words I sit all night."
Кухня была маленькая, жарко натопленная, тесная и выглядела как крошечная и донельзя уютная ведьмовская норка. Со скошенного потолка свисали гирлянды лука, чабреца и лаванды, гривы розмариновых ветвей и головки чеснока. На выскобленных до бледно-жёлтой сердцевины досках стола восседала зеленоватая капуста, опираясь боком о старинный бинокль, а рядом на блюде в облаке пряного пара томился имбирный кекс. У мышиной норки не стояло ни одной мышеловки, зато ровным полукругом высторились три кусочка сыра, свечной огарок, кубик сахара и корочка сала. В бронзовом кофейнике лениво булькал густой чёрный как зимняя полночь кофе.
На высокой хромоногой табуретке сидела девушка, худая как щепка, с гривой блестящих тёмных волос до самого пояса. В густых завивающихся прядях лицо её казалось ешё меньше. Одета она была в вязаную кофту с подсолнухами и пёструю юбку. Она сидела чуть сгорбившись, опустив узкий подбородок на сплетённые пальцы, и пламя свечей танцевало в её глазах – золотые капли в синей воде.
За окном вилась, поднимаясь и опадая, ноябрьская вьюга, ещё не перешедшая в дикую бурю. За тонкой корочкой льда на стекле видны были жёлтые блики фонаря, бледные полосы снега и бездонное чёрно-серое небо.
- Натали! Натали Эргот!
узнать, чем продолжилась поучительная история

@темы: Ноябрь, Нечисть, Iron Book, Сказки

10:19 

летописец " Hunting words I sit all night."
Есть истории, которые не следует рассказывать. Они как сырой туман над пристанью: слышно, как над нею беспокойно кричат чайки, и в серых волнах угадываются силуэты кораблей, величественные словно готические замки средневековья. Вы ступаете во мглу и идёте по мосткам, и с каждым шагом усиливается ощущение Взгляда меж лопаток. Кто-то смотрит отстранённо и голодно, чьи-то лимонно-светлые глаза светятся сквозь сумрачные завитки, чьи-то изломанные тени замирают, прижавшись к земле. И Они следуют за вами, даже когда вы выйдете из тумана, мечутся вокруг дома как мотыльки у свечи, прилипают к окнам, беснуются за дверью, а когда вы засыпаете, Они встают у кровати и шепчут, вскидывая тонкие руки, сводя вас с ума поющими голосами и шелестящим бормотанием.
Звенят колокольчики, пахнет яблоневым цветом, вокруг сгущается непроглядный туман, и вы носите крест, железное лезвие и осиновую стрелу для арбалета, но уже поздно: вы впустили Их в своё сердце, и Они прочно там обосновались.
Эти истории - древние истины из камня, дерева и темноты. В них сотни лет не было ничего нового; они страхи, безумие и красота старого мира, возведённого до того, как дети рода человеческого пришли на землю. И когда они пришли, они научились бояться ночи из-за тварей, которые охотились в ней. Они научились боятся нобярьской ночи, музыки с холмов, водяных фей с кувшинками в волосах и болотных огней.
Вы узнаете эти страхи с одного взгляда. Узнаете, потому что их память вросла в инстинкты: осина и серебро - от вампира и оборотня. Держи булавку от сглаза! Ночью в Самайн из дома не выходи. Есть истории, написанные кровью, а есть те, чьи чернила поныне текут в наших венах.
Это была книга в потёртой кожаной обложке, окованная железом. Тонкая бледная бумага, убористые колонки слов и пугающе реалистичные иллюстрации: чудовища, духи, фэйри, демоны. О да, то были сказки. Сказки, написанные не людьми, не о мире людей и не во время людей. Они жили, эти недосказанные легенды, неписанные законы, пока не стало ясно, что их сырой пронизывающий туман - чистое безумие.
Её называли Железная Книга Сказок.
О ней ходили странные слухи, что открывший её получал особую власть (а иные верили, будто прочитавший хоть слово терял рассудок). Хранилась же она якобы в самом Авалоне, под волшебным камнем. Кое-кто считал, будто она зарыта в Уэльсе, и над нею цветёт клевер.
Но когда Блэр Хемлок поставила последнюю точку, она прошла по всему миру и раздала истории тем немногим, кто никогда не слышал о них. Так по странице Книга разлетелась по земле, упокоившись наконец в человеческой памяти как древний миф, а не как угроза Бури Ноября.
И ходили ещё слухи, будто у Хемлок нет сердца. То, что было, выстужено и сожжено напрочь метелями и призрачными огнями Сказок, и заковано в железную обложку. А то, что осталось, лишь лоскуток бледного лилового пламени, вересковая свечка над окном. Не знаю, сколько правды было в таких рассказах, но на руках Хемлок не таял снег.
Есть люди, которые по сей день неустанно и яростно ищут следы Книги, тщась заметить круги на воде и поймать её. И есть люди, которые хранят в своей душе одну из живых историй, что ворочается и бормочет как начинающийся дождь в ноябре.
Вы узнаете их по тому, как звучит их голос - будто что-то древнее и понятное облечётся плотью реальности. Яблоко падает на землю. Рожь спеет к осени. Воду тянет в море. Полые холмы - наше жилище. И это понятное будет выглядеть как нечто давно известное, хотя должно казатся сумасшествием.

@темы: Сказки, Ноябрь, origins of Teta

Замок над озером

главная