• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
10:26 

Seattle Ferris Wheel

летописец " Hunting words I sit all night."
Осторожно, в после огромные фотки, и я не знаю, как их уменьшать!
Помните, как несколько месяцев назад я писала, что хочу покататься на колесе обозрения? Но оно было далеко, поднималось не очень высоко, и гулять в том месте я не слишком люблю. Так что мечту посмотреть на Сиэтл с высоты птичьего полёта пришлось отложить, и за делами она как-то забылась. И я о ней не вспоминала ровно до того момента, как в первый солнечный выходной поехала на любимый Пайк Плэйс Маркет. Это такое волшебное место, куда можно забираться десятки раз, бродить часами и исследовать каждый уголок, а потом завернуть за пирожком с кофе и внезапно обнаружить незнакомую и никогда не виденную аллею, или чудом незамеченный раньше магазинчик пряностей, или узкую лесенку в подземный переход. У меня есть предположение, что весь Маркет находится под покровительством стайки каких-нибудь местных духов, которые следят за порядком, тасуют порядок улиц и для любого гостя выбрасывают набор карт: что сегодня встретится на пути. Никогда не угадаешь заранее, что случится во время сегодняшней прогулки. Может быть, Маркет притворится обычным приморским рынком с крытыми киосками, букетами цветов, сувенирами и дешёвой едой, а может и превратится в сказочный базар, напоминающий о "Никогде" Геймана и книжках Де Линта. Я не знаю, вопрос ли это везения или Маркет рад видеть не всех и не всегда, но в хорошие дни он показывает волшебные лавочки, осыпает диковатыми и странными украшениями, заводит кружными тропами в крошечные кофейни, прячущиеся под цветочными навесами, и выглядит совершенно и несомненно живым - не из-за толпящихся людей, шума и голосом, а сам по себе.
В этот раз я сразу поняла, что мне рады и удача на моей стороне: во-первых, сквозь невзрачный переулок я прошла прямиком в "новый" магазинчик европейской еды и зависла у полок с шоколадом и конфетами - всё-таки в сладостях и десертах Европа обогнала нас и оставила далеко-далеко позади!.. а во-вторых, через этот магазинчик можно было выйти прямо в центр Пайк Плэйса и выпить кофе, а не обходить десятой дорогой по обычным улицам. И тут я увидела самый главный сюрприз!

(Фото из гугла, сами понимаете, снять полный вид можно только со стороны залива - а с берега никак) Оказывается, оно открылось только в июне, поэтому я о нём ещё ничего не знала. Оно ещё не успело стать местной достопримечательностью, и никто о нём не рассказал. Устоять, разумеется, было невозможно =)

Несмотря на выходной и солнце, очередь была не ужасающе длинной - подозреваю, столько народа собралось именно потому, что колесо установили недавно и оно всё ещё воспринимается как новинка. Уверена, что через год время ожидания сильно сократится.

Солнце припекало довольно сильно, особенно на камне и асфальте набережной, но, к счастью, двигались мы быстро.

Билеты стоили тринадцать долларов, то есть для такого развлечения вполне адекватно. Хотя стояли мы минут двадцать, летописец немного пришибленный от жары - но всё равно счастливый ^^

Кабинки рассчитаны на шесть человек, но если вы пришли вчетвером, втроём или даже вдвоём, никого чужого к вам не посадят. Внутри они стерильные - такие капсулы из толстого небьющегося стекла с кондиционером, идеально вычищенными диванчиками и мягким полом. На потолке кнопка помощи и передатчик для аудиосвязи.

Последний взгляд на колесо перед посадкой. Поехали!..

Первая минута нашего путешествия, полёт идёт нормально. Мы движемся очень плавно, и контраст со стремительно уменьшающейся под ногами землёй и людьми внушает слабое волнение: а уж не боюсь ли я высоты?

Посмотрим на север: там главный хайвэй штата, здании набережной, несколько жилых многоэтажек.

Теперь повернёмся на юг. Видите чёрную верхушку по центру? Это так называемый Чёрный Небоскрёб, самое высокое здание Сиэтла, куда можно забраться и осмотреть горизонты. Наверное, в ясный день вид просто незабываемый, хотя колесо обозрения теперь стало ему достойным конкурентом. А вон то едва различимое в тумане оранжевое пятно в духе кубизма справа - штаб-квартира Амазона.

Ого! Пока мы катались, очередь внизу успела вырасти. Кажется, я ещё попала сюда в удачное время.
Наше колесо обозрения сто семьдесят пять футов высотой (для справки, это 53 с лишним метров), и когда двери кабинки захлопнулись, и она начала подниматься над берегом, мне стало немного не по себе. То ли стеклянные стенки сыграли свою роль, то ли ощущения быстрого подъёма - знаете, как скоростных лифтах возникает чувство "подвешенности" в воздухе, - но мне непреодолимо захотелось почувствовать под ногами твёрдую, устойчивую землю. Однако жадность тоже не дремала: неужели, подумала я расстроенно, нас на такой скорости прокрутят и выпустят, а ведь мы даже ещё не налюбовались пейзажем (само собой, крепко вцепившись в диванчик, а то мало ли что?). Но я недооценила добросовестность Сиэтловских тружеников туризма и развлечений. Описав один круг, колесо безо всякой остановки пошло на второй заход, и тут уж я смогла без слабого ужаса оглядется вокруг. Самое забавное началось, когда и после второго круга нас не остановили, и после третьего тоже. На четвёртом нездоровое веселье боролось с любопытством: сколько же нам положено кататься? Пятый круг мы ползли медленно-медленно, застывая на разных точках обзора, чтобы полюбоваться панорамой отовсюду. После этого про нас всё-таки вспомнили и отпустили; и знаете, наконец-то оказаться на земле меня неожиданно порадовало.
После такого подвига надо было пополнить силы. Очень хотелось кофе, пирожное и посидеть в уютном месте. Я даже не задумывалась над выбором - куда же ещё пойти, как не в любимую французскую пекарню на Пайк Плэйс?

И последний подарок Маркета - зайчик на моём латте =) и у них был прекрасный малиновый торт, на который я вечно не попадаю, а сегодня повезло.

@темы: Emerald City, Из жизни хрониста

10:41 

Спутники – Завершение.

летописец " Hunting words I sit all night."
Но вот звонят колокола, надвигается ночь, в клубящихся тучах зреет буря. Люди!.. под сводами городов, в тени вековых лесов, в осаде страха: помните, что вы не одни и никогда не останетесь без защиты. Я обращаюсь к вам, я облеку словами клубящуюся мглу ваших страхов – и обещаю, что нет одиночества, что не забыт ни один из однажды оглянувшихся, стоит ли кто за его плечом.
Что знает одиночество о людях? Безглазая темнота, жалкая старуха в лохмотьях тысячелетних шкур, твои трюки наскучили, черепа на твоём поясе истлели, твои зубы сгнили и обломались. Ты не в силах ранить, ты только и можешь, что кривляться и выкрикивать пустые угрозы, пугая детей, но смеша взрослых. Люди учатся, а ты – нет. Люди взрослеют, смеются, сражаются, побеждают и любят, а ты только ветшаешь с годами, как ветшает забытое святилище. И теперь ты, дряхлое подобие былого ужаса, скитаешься неприкаянная по новому миру.
Это пещерный мрак нашёптывает вам о крадущемся снаружи голоде, это перестук сухих костей и шипение взбешённой змеи. Это мелкие духи погасшего очага и заброшенного дома вспоминают своё мгновенное величие, обманываясь ржавыми коронами и рассыпавшимися в пыль подношениями. Это злобная от собственного бессилия древность пытается рассказать о бесконечной зиме, об умершем солнце и невидимой гибели в железном панцире. Она надеется, что люди забудут о самой главной истине: любая ночь заканчивается, всякий мороз отступает, а каждой нечисти, каждому злу найдётся достойный противник. Посмотрите в глаза запугивающей вас полуночи – где её сила, где её когти? Это лишь память о минувшем и придуманном, ложь и сон, мираж и иллюзия.
Никто не брошен в безвестии и пустоте, никто не оставлен в безжизненной пустыне. Нет сердца, не связанного надеждой, и руки, протянутой тщетно, потому что я вижу. Я вижу единство разума, что выше моментальной близости, и прикосновение мысли; я вижу пространство, созданное словом, и заключающее в себя дом для тех, кто давно умер и тех, кто ещё не родился. Я чувствую, как зажёгшийся огонь передаётся из столетия в столетие, из одной страны в другую, людьми, никогда не увидевшими лица друг друга, но меняющими реальность.
Скажите мне о мраке. Скажите мне об одиночестве. Скажите мне о смерти. Расскажите мне – и я рассмеюсь вам в лицо, потому что эти слова не прячут ничего, кроме золы и пыли давно прогоревших и остывших костров.
Одна свеча нужна, чтобы дать направление в полном мраке. Одна звезда, и небо перестаёт быть непроглядным, а сколько их сияет над горизонтом?
Я беру огонь из твоей руки и передаю дальше, и пламя не обжигает меня, потому что я – пламя, и мы горим от одной звезды.
Темноты нет. Есть – мы.
*Я хотела написать этот проект именно ради последнего текста, ради главной заключённой в нём мысли, которую я всё пытаюсь передать и не могу: моей уверенности, моего непреложного знания, что не стоит бояться одиночества или поражения. Это они боятся нас.

@темы: Сказки, Спутники

08:40 

Спутники: последний шаг

летописец " Hunting words I sit all night."
На самом деле, людей без ангелов мало, по пальцам сочтёшь, но и одного хватает на целое поколение. Каждый из них – чёрная дыра; ткань мира не приспособлена к ним, реальность не готова удержать их, и они рвут её в клочья, трансформируя жизнь в алхимические формулы и математические пропорции. Они не видят разницы между мыслью, словом и материей; им неведомо различие между душой и разумом, созданием живым и мёртвым. Их мир заключён внутри их самих, а окружающая действительность – лишь сумма непознаваемых законов, химических элементов и непредсказуемых реакций.
Всякий человек ищет своего ангела, и так устроено людское сердце, чтобы тянутся к собственному хранителю, чтобы подманить, приручить, кормить с руки и засыпать под чутким взглядом. Открою тайну: мы рождаемся не вполне людьми. Мы входим в жизнь существами, которым возможно и вероятно стать ими, да; и мы учимся этому быстро, но в самом начале – нет, мы только готовы к такой судьбе. Оттого так много ритуалов о посвящении ребёнка в человеческий мир, оттого так охраняют младенца и так устойчивы суеверия. И ангел, что стоит у колыбели, улыбается, удерживая распахнутыми ладонями море чужой темноты. Мы тянемся к своему хранителю неосознанно, чувствуем невидимый нам свет через него, а он тянется к нам, и эта связующая нить учит нас быть собой.
Человеку без ангела, без якоря между собою и его поддержкой, сложно видеть так, как видят люди. Никто не научил его границам между собственным намерением и чужим желанием, логике причины и следствия, законам боли и любви. В его разуме нумерологические уравнения так что рациональны, как правила геометрии, а поэзия равноценна пентаграмме и микросхеме. Неприкаянная душа редко остаётся скитаться без привязи; и не так беспомощны люди, как говорят порою наши сказки: дух, никогда не коснувшийся своего ангела, сердце, никогда не ведавшее защиты, становится зверем, нападать на которого решится не всякий из ночной свиты. Это воронка воющей темноты – не вполне нечисть, но и не совсем человек. Существо странной и одинокой породы, пропасть без дна
Но хуже всего не их рациональное безумие, и даже не бессмысленная неостановимая энергия. Самое страшное в них – вечный, исступлённый, слепой поиск. Они продолжают искать своего ангела, одержимые никогда не увиденным образом, отчаянно цепляются за то, ни разу почувствованное единство. Некоторые из них утонут в работе, до темноты засиживаясь у распахнутого окна, не засыпая: только б не пропустить! Кто-то совьёт гнездо – сначала уютный домик с цветущим садом, раз за разом оставляя дверь открытой, забывая на столе чашку с горячим чаем, складывая любимые стихи на удобную полочку у кресла – приходи, зайди, оглянись вокруг! Останься со мной, живи в моём доме, будь в моём сердце. А потом он подомнёт под себя больше и больше земли, пока не окажется на верхушке империи: посмотри, какой дом я построил для нас. А кое-кто будет заходить дальше и дальше, круша на своём пути всё и всех: пусть остановит, пусть встанет преграждающей тенью между мной и моей целью, только пусть придёт.
Раз за разом они подходят ближе и ближе к краю, кружатся на лезвии бездны, танцуют с безумными болотными огнями и поднимают медовые чаши на подземных пирах – приди же, останови меня, схвати за руку и уведи с собой. Но ангел не придёт, и когда в первый раз не спасут, не отдёрнут с края, а мглистая бездна распахнётся под ногами, они понимают: не взметнётся, преграждая путь леденящей мгле, отвергающая ладонь, не опустится рука на застывшее плечо.
Они никогда не перестанут искать, но очень скоро разучатся надеяться.
Может быть, они встретятся однажды, ведь ангел тоже искал их. Он поймает в ладони лицо, заглянет в чужие тёмные глаза, дунет на сжатые губы. Почему ты не видишь меня? Разве не слышишь мой голос и не чувствуешь тепло моей руки? Оглянись, ведь я здесь – я всё-таки здесь…
Но они разучились видеть ещё раньше, чем разучились надеяться.

@темы: Сказки, Спутники

09:20 

летописец " Hunting words I sit all night."
Поиск жилья, оказывается, на редкость увлекательное занятие. В прошлый раз, когда я переезжала в Такому, я почему-то не отнеслась к нему с должной серьёзностью, и просто схватила первое попавшееся. Но тогда я ехала на готовую работу, и мне бы, если что, помогли, а сейчас надо искать что-то достаточно дешёвое, ведь работать я смогу неполный день, и при этом близко от универа. Так что я засела за местный сайт с объявлениями и начала читать. Чего только там не узнаешь!..
Например, отличная комната в хорошем районе сдаётся по смешной цене. Какая жалость, что рассеяный хозяин позабыл написать про оплату электричества, воды и отопления - ведь они стоят примерно как половина месячной платы за саму комнату, и вся сумма оказывается уже не такой привлекательной. Слова "старинный", "винтажный", "историческая достопримечательность" в объявлених расшифровываются как "ветхий сарай времён гражданской войны". Будьте готовы к обваливающейся под ногами лестнице, мышам с тараканами в подполье, крошащимся стенам и окнами, рамы в которых сделаны скорее из воздуха, чем из дерева. Если небольшая квартирка, уютно выглядящая на фотографиях, сдаётся по очень радующей цене, не забудьте пробить её в гугл-картах и с удивлением обнаружить в самом криминальном месте города, куда полиция побоиться даже заезжать. Ну, а милые, светлые и симпатичные местечки в спокойных районах с весёлыми кофейнями и зелёными улицами для прогулок, разумеется, стоят так, что студенту бы пришлось почку продать на чёрном рынке -).
Несмотря на все препятствия, летописец нашёл несколько более-менее подходящих по описанию комнат-квартир, и пойдёт на них посмотреть в ближайшем будущем. Пока главный вопрос в том, снимать ли действительно комнату с румэйтами или разориться на студио, которое хотя по размерам и не намного больше, но зато гарантирует свободу от соседей. У меня настоящий кризис выбора: с одной стороны, родная социофобия советует наплевать на всё и жить одной, не думая о трудностях - прорвёмся! А не менее родная паранойя рисует картины полного банкротства, когда, потратив за полгода все свои жалкие сбережения, я окажусь вообще без всего. Даже не знаю, что победит)

@темы: Из жизни хрониста

09:35 

всякое

летописец " Hunting words I sit all night."
Я-то думала, что после поступления все проблемы решаться сами собой, и волноваться будет решительно не о чём - только расслабиться и наконец-то отдыхать, предвкушая радости студенческой жизни! Но не тут-то было. Конечно, теперь я могу быть спокойна насчёт самого универа, но, например, мне надо же где-то жить. А значит, надо как можно быстрее найти место по адекватной цене и рядом с университетом, потому что машины у меня нет, а с учёбой и работой времени не хватит на путешествия из одного района в другой. В принципе, у меня уже есть пара мест на примете, но тут возникает второй вопрос: как бы мне найти заодно работу, которая позволит мне хоть что-то зарабатывать во время учёбы? Потому что кафедра английского, как выяснилось, поставила на сентябрь информационные сессии для своих студентов, а без сессии регистрироваться на классы нельзя. То есть расписания у меня нет и не будет, и когда, в какие дни и какие часы смогу работать, тоже не знаю! Учитывая, что четверть начинается 24-ого сентября, а регистрация будет где-то в десятых числах, перспективы особенно радужные... выбор лекций может оказаться ужасно неудобным, предугадать его заранее невозможно. Я-то хотела искать что-то на кампусе, а свободные позиции там раздают по принципу "первый пришёл - первый получил". И ждать два месяца ясности с расписанием убьёт все мои шансы, за десять дней до начала учёбы ничего уже не останется.
Вдобавок к этому, мне ещё и со стипендией не ответили. Сколько будет помощь, и будет ли вообще - непонятно. В любом случае, хотелось бы знать заранее, но обновления нет. Кажется, придётся звонить и по поводу расписания, и насчёт оплаты... а я это терпеть не могу.
Но всё-таки, главное, что я поступила=) остальное - решаемо и так или иначе утрясётся. Хотя и нервозатратно, конечно)

@темы: Из жизни хрониста

11:31 

Ангелы-7

летописец " Hunting words I sit all night."
В подземных залах, в пустых гробницах, в чаще непролазного леса, в толщах торфяных болот под ледяным туманом и в глубинах тропических лесов похоронена судьба, которая выпадает редко, но разит безошибочно. Только откроет глаза новорождённое дитя, и хранящий его дух встрепенётся от дрёмы. Не будет он охранять ребёнка от ссадин и ушибов, хватит одного-единственного прикосновения – когда, склонившись над колыбелью, он дунет в зажмуренные глаза и начертит стремительный символ на лбу младенца.
Судьба, дикая, неудержимая, вечно голодная до странных земель и невиданных берегов, не отпустит ни на миг своего избранника: не поможет знатный род, не спасёт любовь скромной красавицы, не прельстят ни роскошь, ни почёт. Но по навесным мостам, по кромкам дымящихся от жара рек, по джунглям и прериям она придёт, чтобы позвать – и отказаться будет невозможно. Каждая рассказанная история, каждая прочитанная книга расскажет о мглистых бухтах, где со дна встают каменные копья и спят мёртвые суда, о сырых и жарких островах, о призраках кораблей и девушках с цыганскими глазами и пунцовыми губами.
Да!.. к чему им тепло и уют домашнего крова, когда они только и мечтают о древних сокровищах, о нехоженых тропах, о непокорённых перевалах? Вой ветра и рёв бушующего моря им милее песни свирели, и они засыпают не под нежную колыбельную, а под стоны сосен над головой. Их неотразимое обаяние, их лоск, их безукоризненные манеры обманывают многих, но если подойти поближе – и если они позволят – то вежливая улыбка на их губах станет почти прозрачной. Они полны до краев неудержимого, дикого веселья игрока, и в глубине души их больше всего смешат не правила игры, не мир вокруг, а именно вы. Именно люди и бесконечные условности их существования смешат их больше всего. К чему эти утомительные правила и бессмысленные ограничения, когда жизнь полна неразгаданных тайн и нехоженых троп?.. они никогда не поймут, что их сказочное сокровище – их великолепный, манящий открытиями мир – для других просто горсть стекляшек и фантиков.
Они не боятся никого, и нет такой бури, что заставит их отступить. Но покой пугает их: стоит им остановиться на мгновение, и сердце замирает в груди, ток крови гудит в висках нарастающей грозой. Та самая жажда, однажды выгнавшая их из дому, не даст отдыха – шаг за шагом по узенькой лестнице из тысячи ступеней, по петляющему серпантину, по каменистому берегу реки. Их не остановят ни голод, ни опасность, ни лишения; а любовь и дом не заставят свернуть с выбранного пути. Они охотники и следопыты, и почуяв свою цель, идут до конца.
Им подходят их хранители: ангелы ведьм и авантюристов, шаманов и бродяг, философов и гадалок. С ними дьявол не сядет за карточный стол, с ними побоятся спорить болотные духи, обойдут десятой дороги смешливые фэйри. Мелкая и злобная нечисть из-под корней дуба не посмеет тревожить их подопечного: ведь в ответ те могут так подшутить, что не досчитаешься собственного хвоста.
Они встретятся на сколькой от морской воды гальке, когда тонкие волны отлива будут лизать высыхающий берег. Дальше – бесконечность, скажет ангел, и они пройдут плечом к плечу по алой дорожке заходящего солнца на воде, невидимые, невесомые, в темнеющее небо, полное звёздных фигур.
Ведь каждый получает того ангела, которого заслуживает.

@темы: Сказки, Спутники

09:50 

ура!..

летописец " Hunting words I sit all night."
В Сиэтле все подают в University of Washington. И те, кто только закончил школу и те, кто собираются переводится из колледжа. Потому что это - главный университет штата, потому что у него действительно хорошая репутация и куча ресурсов, потому что все на нашем побережье о нём слышали. И он совсем рядом!
Я всегда считала, что окажусь в маленьком и тихом колледже посреди кукурузных полей или, если уж на то пошло, небольшого и уютного городка. Университет Вашингтона - это больше сорока тысяч студентов, гигантские аудитории по семьсот студентов на первых курсах, независимые друг от друга лаборатории, обсерватории, центры исследований, библиотеки, площади, здания, улицы. Он сам размером с небольшой городок!.. можно гулять целый день, а чтобы добраться от одного здания до другого может понадобиться велосипед.
Я была полностью уверена, что не попаду, и даже не волновалась: я заполнила все бумаги ночью, прицепила стандартное эссе и не стала платить за заявление, потому что бессмысленно отдавать деньги школе, которая вас скорее всего не примет. Правда, через пару месяцев я спохватилась и отправила письмо с паническими воплями, спрашивая, получили ли они всё необходимое. При этом я постоянно читала и слышала разные слухи про University of Washington разной степени правдоподобности, от самых идиотских (будто они хотят пробиться в лигу плюща, например, что невозможно в принципе), до вполне вменяемых (что попасть к ним стало гораздо сложнее, потому что они действительно стали сильнее как школа и у них высокие рейтинги). Но мне было всё равно, ведь я вообще-то туда не очень-то и хотела!.. и не хотела, пока не поехала гулять в университетский район.
Как я уже упоминала - он гигантский. Там не только студенты учатся, а проходят ярмарки, гуляют люди, ходят туристы и вообще, жизнь бурлит. Кроме собственно универа, там ещё куча кафе, симпатичных улочек, шикарных готических зданий, куда можно заходить, чудесных книжных магазинчиков и всякой интересной ерунды. Туда можно уходить на целые дни, и всегда находить что-то новое. И я вдруг поняла, что не хочу в какой-то заброшенный город, где ничего нет рядом, и мне будет скучно - после Сиэтла - в крошечном колледже, и вообще, я правда-правда хочу учится здесь, где есть всё. И пусть там ещё сорок тысяч студентов и никто друг друга не знает, и пусть там классы на семьсот человек, и от одного кампуса до другого можно на автобусе ездить - но оно того стоит.
Наверное, хватит рассказывать - я лучше покажу. (К слову, фотографии не мои, а из гугла. Мои я покажу потом.)
Итак, смотрим сверху - это центр университеского района:

Там дальше фонтан и площадь. В ясный день вид прекрасный, а дождь... оно и в дождь неплохо, поверьте мне :)

Многие здания построены в готическом стиле. Вообще-то, у многих универов то же самое... может быть, вопрос стиля? Или традиций?



Я считаю, что лучшее в университете - это библиотека. Помните, недавно по сети ходил список из десяти самых красивых библиотек мира с фотографиями? Сейчас я вам покажу, и вы узнаете одну из них! Ну, или вы можете посмотреть "Гарри Поттера" - там большой зал Хогвартса точь-в-точь и будет наша библиотека.

Она и снаружи ничего ;)

Ну и, наверное, все уже поняли, к чему этот километровый пост=) Я получила моё письмо о зачислении сегодня вечером! Ура =)

@темы: Emerald City, Из жизни хрониста

10:14 

и к слову...

летописец " Hunting words I sit all night."
Я не умерла и не бросила дневник) просто занята, во-первых, повестью (да, я все ещё её пишу), а во-вторых, ещё одним проектом, который я покажу, если всё получится.
Так что пожелайте мне удачи!
Вот, смотрите, я несу пирожные и думаю о мировой гармонии и сливочном креме:

11:31 

Ангелы-6

летописец " Hunting words I sit all night."
Не прошло и года! ...в моё оправдание, года действительно не прошло. Если кто забыл, чем собственно начинался этот проект, то по тегу Спутники выложено в хронологическом порядке.
***
А это настоящий ангел-воитель, точно сошедший с края страницы: тёмное серебро крыльев, волчье золото глаз, цепкий взгляд и меч за плечом. Бесплотная тень щурит глаза на солнце, по-звериному встряхиваясь от слишком яркого света, ловит свежий ветер. Он похож на вырезанный из чёрной бумаги силуэт; изредка блеснут застёжки на широких браслетах и поймают случайный луч короткие ножи. В остром уголке губ вечно прячется улыбка, в жёстком надломе бровей – ожидание. Кого ты спасла, девочка, какой подвиг совершила, чтобы он хранил тебя в этой жизни?..
У девочки волосы стянуты в хвостик, джинсы, сумка колотится по коленке, на свитере бабочки и полоски. Беззвучно шевелятся бледные губы, досадливо кривятся, если рифма не слушается, улыбаются, сжимаются в узкую линию: строчки упрямятся, ритм ускользает… и кажется, что нет двух созданий настолько несхожих, как она и её ангел. Иллюзия держится ровно столько, сколько нужно её вдохновению, чтобы оформится строкой, и словно мозаика в калейдоскопе складывается в витражное полотно. Слова, слоги, буквы истаивают на губах, и точно электрические волны проходят вокруг. Раскручивается спираль разбуженного шторма – мощь, сметающая столетия, несущаяся над океанами, обнажающая историю, и древний храм, расписанный золотом и лазурью, вздыхает тяжело и тихо, внезапно вспомнив о своих ещё деревянных стенах и дощатой крыше, над которой куполом распахивалось юное, полное звёзд небо, о молитвах, что сейчас свиваются тайнописью на скрижалях, а раньше живой речью прорастали сквозь мысль и голос.
Каждому достаётся ангел по силам и вере. Тебя хранит Воитель лишь потому, что у тебя самой сердце воина, дух защитника, и твоё оружие не менее грозно, чем огонь и сталь. Среди армий небес немногие облачены в доспехи, и не всем достались мечи: есть битвы, которые ими не выиграть. Ты сражаешься в ином бою, и пока ты стоишь, нам нечего боятся.
И в моменты невидимой войны, в ночи бездонного отчаяния стылый воздух повеет сигаретным дымом, железом и полынью. Тень отделится от синего сумрака, подползёт поближе, упрётся тебе ладонями в колени. Ну что я могу сделать, беззвучно прошепчет невесомый голос, мы прорвёмся, слышишь? не плачь, ну посмотри на меня – я не дам тебя в обиду, вот и молодец, мы их сделаем…
Есть равновесие силы и слабости, мысли и чувства, нежности и непреклонности, и точка между ними способна перевернуть вселенную. Ваше единение – не понимание любовников, не кровное родство и даже не дружба соратников. Это целостность без границы между вами, когда протянутая к отражению рука не натыкается на холодную преграду стекла, а сжимается на чужом плече.
Я покажу, что есть на самом деле, говоришь ты.
И мир замирает, ошеломлённый и внезапно беспомощный, опустив бесполезное оружие, потому что у него руки полны прокалённого песка, солёной воды, горького гремучего ветра и летящего металла, а ты рисуешь цветущий сад, где ветви тяжелы от цветов и неба. Вот чем ты можешь быть, шепчешь ты миру, вот зачем я живу – только истинное важно, только изначальное и имеет значение. Все возведённые стены, все разведённые мосты, все захлопнувшиеся ворота никогда не победят единственной рощи моего сада; перед одной гроздью сумрачной сирени преломится любой клинок.
Зла нет, и уж тем более не стоит бояться его человеку с ангелом-воином.
И тогда твёрдые ладони ложатся на плечи.
- Молодец, девочка. Молодец.

@темы: Сказки, Спутники

04:13 

???

летописец " Hunting words I sit all night."
У меня опять компьютерная проблема. Срочная. С файлом повести про Д.
дело в том, что апдейты за последние несколько просто исчезли! Причём я даже не сразу это заметила, потому что кое-где произвольные куски нового текста остались, а большая часть пропала. Я их честно сохраняла каждый вечер и для профилактики - ещё время от времени щёлкая save. У меня, конечно, есть запасная версия на почте и на флэшке, но я туда скидываю всё пару раз в неделю, и довольно много написала - и мне эти куски даже понравились. А теперь они испарились! Я не знаю, можно что-то сделать? Они должны же где-то ещё быть на моём компе, или все, никак?

@настроение: паникапаникапаника

11:18 

Птицы

летописец " Hunting words I sit all night."
В старых песнях поётся о чёрных птицах,
Что детей воруют из колыбели,
И сейчас, бывает, они подлетают близко,
Головой качая на тонкой шее:

В их глазах цыганских тоска клубится
К золотому царству в солёных волнах,
Не затем ли скованы каменною улыбкой
Губы, чтоб удержать слово?

Тяжесть кос и браслетов гремучих ряд,
Где ты, пламя под тонкой кожей?
Лихорадкою полон безмолвный взгляд –
Позовёт, и кто отказаться сможет?

Пусть в степи гуляет ветер, стебли гнутся под рукой,
А с душой бессмертной птицы не найти уже покой,
И которое столетие птицы кружат над землей,
И выискивают царство, что сокрыто под водой.

@темы: В рифму, Нечисть

07:31 

летописец " Hunting words I sit all night."
После прошлой и трагической стрижки у меня появилась лёгкая парикмахерофобия-) так что я не торопилась в салон, а волосы росли, лохматились и лезли в лицо, но я боялась. А вдруг опять встретится такой же злодей, и выдергает мне все волосы? А вдруг он меня запомнил и теперь поджидает нового шанса сделать гадость? В общем, коса до пояса по сравнению с такими испытаниями выглядела неплохим вариантом, но дорогое мироздание вовремя помогло - я сама бы не решилась. А так ко мне подошла девушка из парикмехерской совсем рядом и предложила побыть для неё моделью - и я, конечно, согласилась.
Это было весело :) несмотря на два часа сплошной стрижки, укладки, обдувания фенами, накручивания, распрямления и обливания укладочными средствами. Гораздо интереснее, чем обычная запланированная стрижка, и можно слушать профессиональный сленг мастеров и узнать много забавного. Мне понравилось. На середине укладки мастер вдруг отложила фен и спросила, всегда ли у меня не распрямляются волосы. А они и правда не распрямляются!.. но в конце концов мы их добили.
И я делюсь результатом. Это уже на следующий вечер, но причёска частично держится. Вот это достойно уважения - два часа работы, и потом можно спокойно ходить несколько дней ^^

Почему-то с улыбкой фотографии получаются жутко странными, так что их я придержу - как компромат) и повешу здесь вот эту.

@темы: Из жизни хрониста

11:39 

Спутники-5

летописец " Hunting words I sit all night."
Ангелы не всегда похожи на ангелов. При взгляде на этих кажется, будто хранить и оберегать надо именно их – от шумных и надоедливых людей, от мира, который отчего-то не прогибается под их непредсказуемый темперамент и дикие планы. Этих ангелов мало заботит, что вы ели на завтрак и надели ли свитер под куртку; по сути, им вообще неважно, чем живёт и дышит материальный мир и вообще вселенная.
Ваше единство лежит выше и дальше; в распахнутой стремительной мыслью и изучающей рукой реальности, в том общем условном пространстве, которое позволяет вам понимать друг друга не с полуслова – а полувздоха, движения ресниц, дрожи пальцев. Беспроигрышное узнавание, поселившееся в сердце ещё до первой встречи, обрисовало вам этот образ: высокий лепной лоб под круглыми завитками, фарфоровое лицо, изумлённые брови над быстрыми глазами. Мир, который ждал вашего шага, теперь разделен на двоих.
Этот ангел не заметит, как вы вернулись домой вечером, и только кивнёт в ответ на приветствие; он будет хмуриться над бледным экраном, сжимая губы в тонкую линию и прижимая пальцы к выпуклому упрямому лбу, горячему от тревожных мыслей и бессонной ночи. Далеко за полночь он придёт, шурша накинутым на плечи одеялом, и устроится под боком: в темноте дрожит напряжённое дыхание, белеет под русыми завитками шея. Он ворочается с боку на бок и, наконец, он сворачивается, обеими руками обхватив подушку, и засыпает – неровно и беспокойно. И только тогда вы засыпаете тоже, и вам не снится ничего.
Иным нужна поддержка; кому-то до дрожи в пальцах необходимо чужое восхищение; некоторым необходим горячий шёпот «я помогу» и крепкое объятие. Им – но не вам. Не вы плачете в подушку от невыносимого одиночества, не вы кусаете губы, собираясь с силами на последний рывок, не вы капаете валерьянку в стакан. Вы и безо всякой помощи станете сильным; вы уже рождены воином без страха и упрёка, вас не напугаешь войной и мором, вы отлично знаете пределы мира, да и за пределами для вас мало тайн. Зачем вашему ангелу волноваться о вашей безопасности, если вы великолепно справитесь за обоих?.. Вам нужен ангел не потому, что вы слабы; он нужен вам, потому то вы хороший человек, и такое сердце достойно спасения. Вы ещё не знаете, на что способны, и теперь, милостью провидения, не узнаете.
У каждого своя молитва, но вы никогда не произнесёте вслух собственную. Возможно, вы никогда не осознаете её, не скажете: останови мою руку до того, как она нанесёт последний удар, удержи меня за секунду до бездны. Но он справится всё равно; за мгновение до решающего удара перехватит, внезапно растеряв задумчивую отрешённость, занесённую руку, парой небрежных слов повернёт ревущий поток. А потом, словно очнувшись, развернётся вновь к своим чертежам и книжкам, приборам и картам, и будет опять отвечать невпопад, грызть яблоки вместо обеда и приходить в кровать за полночь, чтобы свернутся под боком.
Каждому достаётся тот ангел, который подходит больше всего, именно тот, который спасёт твою душу. Который и будет – твоя душа.

@темы: Сказки, Спутники

22:04 

Спутники-4

летописец " Hunting words I sit all night."
Есть люди, в которых осталось очень мало человеческого. Выгорело, выкипело всё на огне их безумного любопытства, дикого нрава и неутолимого голода. Они проходят сквозь мир как пуля или раскалённый нож, оставляя оплавленные осколки и дымящиеся лохмотья, они взрезают воздух, и ткань реальности распадается на бескровные плоскости следствий и вероятностей. Если их будущее может быть любым – кипящая каменной крошкой лавина, ревущий лесной пожар, ненасытный водоворот – то прошлое практически безлично. Это всегда мёртвая, выжженная добела пустыня под безвоздушным куполом.
Сколько ни приглядывайся в сумерках, сколько ни смотри уголком глаза, за их плечом не увидеть крылатой тени. Никто не стережёт их сон, ни один ангел не следит за их грёзами. Их ангелы – иной породы и иного предназначения. Они не стоят за спиной своего подопечного, они не хранят в своих ладонях нить его жизни, бережно отслеживая узелки и переплетения. Они не шепчут подбадривающих слов и добрых напутствий, не греют замёрзшие руки и не успокаивают в бессонные ночи от слёз. Они прекрасные воины, стратеги и нередко манипуляторы. В руках они держат меч, у них ледяные глаза и молниеносная чёткость движений. Мало кто узнает в таком существе ангела: никакой невинности небесного создания нет в их жёстких лицах, никакого милосердия в стальных интонациях.
Кому-то ангел нужен, чтобы сберечь от удара. Но к этому человеку никто не подойдёт на расстояние удара, ничья рука не дотянется до полы плаща, не сдёрнет с пьедестала. Его не надо защищать – он и сам себя защитить сможет. Его не надо даже любить – привязанность для него будет помехой, в его летучем безумном танце чувства только собьют ритм, спутают позиции идеально продуманных планов. Он не признание в любви хочет услышать, а – «я буду против тебя. на равных».
И это танец на краю бездны. Это поединок человека и тени.
В конце концов, каждый получает того ангела, которого заслуживает. Эти заслуживают однажды, наконец-то, измучавшись от бессмысленности и слабости прогибающегося под них мира, встретить того единственного, который в ответ на удар усмехнётся, изогнув бровь: и это всё? Я умею лучше, смотри!..
И может быть, кто знает? – в одном из таких танцев, где сталь выбьёт полукруг искр из камня, где расчерченная квадратами земля будет взрываться огнём и песчаной крошкой, человек однажды сумеет взглянуть на людей иначе. Сумеет увидеть мир не как поле битвы, а себя не только идеальным оружием. Возможно, встретив равного противника и научившись сражаться, он научится и дружить. Поняв, как восхищаться врагом, он научится любить и тех, кто просто оказался рядом – если повезёт, не слишком поздно.

@темы: Сказки, Спутники

08:33 

Спутники-3

летописец " Hunting words I sit all night."
Он никогда не запутывается и не отчаивается. Он не боится темноты, крыс и пыльных чердаков; он умеет варить первоклассный горячий шоколад и успокаивать плачущих детей парой слов; он знает, что делать в любой беде и при всяком горе – иногда ещё до того, как оно случилось.
Но сейчас и здесь слёзы накатывают неотвратимо, пережимают горло беспомощным горячим комком: усталость, безнадёжность, выцветшие окошки с тихонько плачущим дождём… иногда в спешке рабочего утра глянешь краем глаза на остановившийся поезд: вдруг из толпы выступит высокая фигура в клетчатом плаще и с бирюзовым зонтиком под мышкой? Нет – он, должно быть, утешает другого заблудившегося ребёнка и побеждает чудовищ в далёких странах; нельзя отвлекать его по пустякам.
И только иногда, очень редко, когда совсем невмоготу, прибегаешь к последнему средству. Ну давай, шепчешь про себя, сколько раз ты приходил – спрыгивая с готового уйти поезда, сшагивая с мостика на твёрдую землю, просто появляясь из ниоткуда и оставаясь – для других испуганных детей? Кто бы ни угрожал им, что бы не творилось, ты всегда успевал вовремя. Какой бы сложной ни была задача, какими бы проницательными и могущественными ни оказывались враги, ты всегда был умнее, ты всегда поступал правильно и выигрывал. Помоги мне.
И называешь имя.
Это очень-очень старая магия. Нет, не та, в которой кровавые печати и ацтекские мифы, и не та, где в мглистых лесах и затхлых болотах охотятся духи из сказок и ловкие гоблины куют проклятое золото. Это та самая непреложная истина, по которой если по дороге домой не наступить на трещинку, то мама не рассердиться за разбитую вазу. Если загадать желание на падающую звезду, то оно сбудется. Если позвать его, когда он правда нужен, он всегда придёт на помощь. Он приходил в книгах – вы-то знаете, вы ведь эти книги сами писали.
Помоги мне, и не успеет шёпот остыть на ваших губах, он уже стоит за спиной, слегка улыбаясь. Оборачиваться нельзя, это против правил, но можно беззвучно спросить: и что же ты так долго? Я думал, ты отлично справляешься, отвечает он, не понимаю, зачем было меня звать. Но всё-таки делает шаг – оказываясь так близко, что дыхание его колышет волосы на затылке – ещё шаг, и прикосновение чужого рукава скользит по локтю, и хотя ближе некуда, и он ступает вперёд, и…
И вы больше не боитесь никого и ничего. Вы видите двадцать способов всё исправить и ещё десять – просто про запас. Впрочем, разобраться в этом не займёт и нескольких минут, а пока можно приготовить горячий шоколад для остальных. Пусть успокоятся тоже. Вы улыбаетесь непроницаемо и успокаивающе, переплетаете пальцы, и если опасность встанет на пути, вы просто посмотрите ей в глаза: она отступит. Вы всегда побеждаете, потому что вы сражаетесь за тех, кто стоит позади; вы защищаете тех, кто нуждается в защите, и вы – всегда – приходите – вовремя.
Каждый получает того ангела, в котором нуждается. Где-то на небесах решили, что вам, именно вам позволят своего ангела – написать.
Творите, мастер!.. не бойтесь: дети умеют хранить секреты, что бы о них не думали взрослые. Мы никому не расскажем, что иногда, в самые страшные и самые тяжёлые моменты у вашей тени вырастают крылья. Они распахиваются так широко, что видно каждое перо, и невыносимая темнота, и безнадёжная усталость расступаются.

@темы: Сказки, Спутники

12:16 

Извините!..

летописец " Hunting words I sit all night."
Теперь я выяснила экспериментальным путём, что у меня нет интернет-зависимости-) В реальной жизни появилась куча срочных дел и заданий, которые надо выполнить к дэдлайну, пишу я в основном в стол ту же историю с Д. - и внезапно на дневник уже почти ничего не остаётся. Готовые посты пылятся в черновиках, выкладывать нечего, вести дискуссии некогда, и я опять замыкаюсь в собственных делах. А ведь ещё есть сколько умэйлов, которые я хотела написать или на которые планировала отметить, и пара обещанных кому-то постов... ох. Простите, пожалуйста, я всё помню и непременно сделаю, только чуть-чуть попозже!

***
И пока я ещё здесь, а не убежала в далёкий и глухой реал=) Прочитала у Irondragonfly интересный пост про влюблённость, привязанность и проявления чувств. Интересно потому, что там высказаны мысли, которые я думала довольно долго, но никак не собралась написать.
Действительно: чувства у меня вообще не связаны с внешним проявлением. "Мне нравится" абсолютно не предполагает следствия "хочу себе" или какой-то инициативы к сближению. Я уже писала недавно, что моя симпатия чаще всего появляется как мгновенное узнавание в человеке некой общности, моментальное решение - вот это моё, из моего круга, моё по духу. И это узнавание либо есть практически сразу, либо не вырастет даже спустя годы плотного общения. Ведь нельзя быть немножко мёртвым, а потом ожить, если что-то пошло нехорошо: оно не так работает)
Есть люди, к которым я отношусь очень трепетно, но мысль о том, чтобы к ним подойти, заговорить, время от времени подталкивать к беседам выглядит для меня... чуждой? да, наверное, именно так: странной, чужеродной. Я и так знаю, что чувствую, и никакой потребности в сближении не испытываю. Я и отсюда отлично вижу, что они замечательные, прекрасные и уникальные личности, и перетаскивать их на свою территорию как-то бессмысленно. Что мне это даст такого, чего я не получаю просто от факта существования их (чудесных, милых, талантливых) в поле моего зрения? Что я могу им дать, учитывая, что общение - любое, независимо от формата - воспринимаю как необходимую обязанность?
И я, как уже говорила, не вижу смысла в признании. Дело в том, что за ним почти всегда слышится обещание чего-то. За "ты мне нравишься", "я в тебя романтически влюблён", "ты очень близкий мне человек" лежит пласт считываемого обязательства: я беру на себя ответственность - за твои чувства, за твоё (возможно, частичное) благополучие, за твоё настроение. Такое признание уже и есть ответственность. После него принято общаться с человеком хоть иногда, поддерживать его, что-то делать для отношений. Это нить, работающая в обе стороны: вы уже не одни, кто-то есть рядом, и вы должны это учитывать.
Что даст человеку моё признание, за которым ничего не стоит? Я знаю, что оно бы никому не помогло) а мне все следующие из него бонусы, в принципе, не слишком нужны.
И да. Многолетним опытом подтверждаю, что в отношениях что-то будет происходить, пока второй стороне не лень всегда первой звонить, писать в аську (в то время как я вечно сижу в инвизибле), звать меня куда-то и что-то там эмоционально проявлять. Не потому, что я всегда против беседы или чего-то там совместного, просто моё естественное состояние - это как раз быть одной. Это легче изначально, и внезапно повернуть против собственного курса сложно. И нет, это не зависит от человека или глубины чувств, потому что опять же чувства с таким же успехом могут счастливо существовать и без отношений. Немного несправедливо, вам не кажется)?
А всё виновата болевая ЧЭ=)

@темы: Из жизни хрониста

13:19 

Почти на праздник:

летописец " Hunting words I sit all night."
Известны сердцу дороги солнца, восток и запад пронзая осью, по небу катится колесница; в её колесах сверкают искры, тебе не спится, так в чём же дело? Дитя, не бойся, твой ангел рядом, сияет полночь в его наряде, и меч заточен, во взгляде светит огонь полярный. Сова взлетела, запели волки, и в ночи чёрной метель танцует и льдом узорным целует окна. Твой сон спокоен в ладони шторма и в центре бури.
Законы сказки, пути господни, теченье мысли – всё вместе капля за каплей льётся на колесо судьбы. И так с начала и до развязки нить прядётся сама собой: как солома гнётся, как золото вьётся, как крутится веретено. И дальше будет, как суждено: принцесса выросла для короны. Корона ей не была мила. Я здесь жила, так она сказала, и дальше лесу буду верна. И крест рябинный надев на шею, к народу чащи ушла назад, читала вьюгу и пела зиму, и волчьим светом сиял её непреклонный взгляд.
Твои ключи не ко всем замкам, твои слова не ко всем сердцам, но коль попадёшь, то уже насквозь. И оплетает, не разорвёшь – дыханьем сонным как паутиной, кошачьим шагом, забытым страхом, случайным взглядом, тревожным сном. И мир ложится в ладонь, и мнётся глиной, и дышит вместе. Там где-то спит вековечный лёд, великаны, зимняя нечисть, там в норах дремлет на старых кладах драконья вечность, там чёрный лес и белые города, и целые песни сложены из роз и льда.
Тебе одной.
Тебе открыты её дороги, её пути; её арктические просторы и снежиночные миры. Но ты, упрямо нахмурив брови, вздыхаешь и говоришь: я иду - сама.
…зима отступает.
Тебя оставив наедине с весной.

@темы: В рифму

11:57 

..!

летописец " Hunting words I sit all night."
Сегодня мне пришло украшение от Каролины. Честно говоря, я пока не в состоянии сказать что-то внятное, но могу разбрасывать конфетти и прыгать -)
Но теперь я точно знаю: одно дело было его заказывать, выбирать цвет и раздумывать над темой и даже разглядывать фотографии уже готового ожерелья. Это было не совсем то. Это было не по-настоящему. Настоящее случилось, когда я вытащила из почтого ящика конверт, распотрошила коробку и взяла в руки своё украшение.
В жизни оно оказалось совершенно не похожим на картинки. Нет-нет, фотографии сами по себе отличные, и я ими любовалась, но дело в том, что сама штука - она вообще на другом уровне, это такое живое, задумчивое и странное существо из разноцветных камней, нанизанных на нитки и проволоку. Меня и по иллюстрациям она впечатлила, но когда я её увидела и коснулась, то поняла именно тогда: она моя, и сделана для меня.
Во-первых, она совсем не чёрно-серая, как кажется. Я взяла её в руки и увидела туманные бусины, изнутри подсвеченные тигрино-жёлтым, и тёмно-синие, и бледно-голубые. А во-вторых, она идеально подходит, и это даже описать сложно. Сначала я её взяла в руки и подумала, что она меньше и тоньше, чем казалась на фото - а потом примерила и поняла, что она создана точно под меня. И на самом деле камни там довольно крупные, а сами бусы крепятся не на нить, а на проволоку.
Меня почему-то больше всего тронули дымчато-серые бусины с жёлтым. Я всё смотрела и представляла себе свечки, горящие сквозь густые мглистые сумерки, освещающие теряющийся в темноте потолок и приоткрытое окно, выходящее в неспокойный сырой лес. Тропинки и болота, чащи и заросли ежевики, злопамятные и холодные существа - и вот эти тёплые, тускло-жёлтые огоньки из-за окна. И за этой свечой кто-то сидит, повернувшись спиной к шепчущему лесу, и греет руки, и улыбается.
Говорят, что хорошая книжка рассказывает читателю о нём самом. Я не знала, что и украшения тоже так могут, что они могут показывать что-то о своих хозяевах - образы, истории, вынесенную во внешний мир мысль. Потому что вот она, часть моей истории, и теперь я ношу её на себе, могу коснуться, могу скрыть, но она - на мне.
Каролина, я бы тебя обняла. Спасибо ^^
Янек. И тебя тоже-)

10:50 

летописец " Hunting words I sit all night."
Хочется вещей не то чтобы невозможных, но прямо сейчас не вписывающихся в планы.
Например, лежать под одеялком, пить чай и читать, и никаких размышлений об устройстве туманного будущего. Но именно сейчас надо работать и помимо работы делать другие важные вещи.
Или лежать и гладить кота по мягкой шёрстке, а он чтобы мурлыкал. У меня, к слову, нет кота, если вы не знали.
Или гулять по городу, есть итальянское мороженое (с эрл греем! с ромом и белой розой! с фисташками и фруктами, у которых даже названия на английском не придумали!) и греться на солнышке. Но сейчас февраль в Сиэтле, если кто забыл, так что я тут тоже вижу проблему.
Я всё это сделаю. То, что само собой со временем не придёт, я сама осуществлю - но хочется прямо сейчас. А никак х_х
***
Кажется, наметилась тенденция: я начинаю историю, набрасываю пару штрихов, намечая каркас, а потом несусь и тщательно, с любовью и слезами счастья на глазах пишу эпилог. Или последнуюю главу. Как ни странно, она у меня получается на одном дыхании, а потом я долго восхищаюсь своим талантом и умом. Ровно до осознания того, что теперь мне нужно писать весь проект, потому что нельзя же выложить одну только заключительную часть без всех остальных!.. вот чёрт.

***
Что с дизайном? Опять на дайри что-то упало?

12:59 

Суд

летописец " Hunting words I sit all night."
Легенды предупреждают нас о дикой охоте, о духах в штормовом небе и осенних призраках, жадных до крови и людской жизни. Присказками и поговорками вплетаются в сознание невидимые крючки, которые дёргают назад, стоит зайти слишком далеко в темноту: бойся ночи! шепчет один страх, возьмись за крест! напоминает второй. Люди, давным-давно покорившие железо и осветившие полярный мрак, потеснили народец холмов и лесов, а бродяги и странники на вьюжных скакунах десятой дорогой обходят шумные мегаполисы. Но древние суеверия живучи, и память крепко держится за бабушкины истории.
Существуют вещи страшнее голодной своры, проносящейся под окном, но о них не говорят. У них нет имени, не записана сказка и не придумано оружия, чтобы сломить их волю. Они видят сквозь сплошную стену дождя, снег, мглу и непроглядную темноту, они чуют кровавый след за мили и слышат пульс сквозь камень и дерево. Их не отпугнёшь огненным кругом или символом веры – хотя когда-то были времена, и церковь ещё не отреклась от них. Впрочем, они убивали равно и своих, и чужих, и в конце концов храм отказался от них, как раньше отреклись остальные.
Есть дикая охота, ночь Самайна, когда зажженные свечи манят нечисть заглянуть в мир людей, а человеку дозволено посмотреть за грань теней. Но есть день, не отмеченный в песнях, когда выходят на охоту они, и мчатся по следу. Они проходят сквозь любые границы, и единственная кара преступившему закон – смерть. И они не ждут вечернего полумрака, а действуют при свете солнца; они знают, что всё несовершенно, что споткнувшийся – уже пал, и чужая кровь грохочет в висках так, что её слышишь сквозь время и пространство, чужая мысль ввинчивается в сознание, и мир разворачивается в ладонях как распускающийся цветок. Здесь и сейчас, шепчет чутьё, и неудержимая смерть срывается в полёт, летит сквозь саму ткань реальности, скальпелем срезая дрогнувшую нить.
Равновесие между бездной и твердью хрупко; из пустоты поднимается шелест и шёпот, могильный холод, дым и туман. Пропасть расползается там, где мало мира – колодцами мрака и чёрными провалами. Говорят, что на каждого, кто ходит по этой земле, где-то прячется его собственный омут. Шагнёшь не туда и почва посыплется под ногами, поедет сколькая галька, и бесконечность поманит к себе. Хорошо, если чья-то рука вовремя схватит за плечо и вытащит на свет, а если и звать некого?.. из тех, кто упал, некоторые возвращаются. Не в человеческий мир, его они видят теперь только в самайновскую ночь – но в мглистые грёзы древней цивилизации.
Да, упавшие и неспасённые станут нечистью сами, росчерком вечности на сером небе. Но они, о ком не написано легенд, и есть бездна. Между миром хищных призраков и вечной зелени холмов и землёй есть граница, и эта линия – они. Весы в руках правосудия и меч, но более всего они – повязка на невидящих глазах судьбы. Неизвестно, за что они карают и в чём их закон, и как они выбирают жертву. Они были людьми, и когда-то, быть может, станут ими снова, но сейчас и здесь они – пойманный в сталь солнечный свет, неотвратимость гибели.
Они, неведомый суд, стоят у истоков империи, которую уже успели забыть. Но раз в год, когда солнце стоит высоко, а воздух чист, они из разных уголков земли поднимаются, чтобы почтить порядок. Отомкните замки, им не преграда двери и ворота – идёт Суд, который не заключить в слова! О них не споют и не расскажут, потому что их оружие – молчание. Они знают цель и средство так, как стрелка компаса знает север, как звёзды знают свой танец в пустоте.
Иди, но не преступай черты, а то они придут за тобой.

@темы: Сказки, Нечисть

Замок над озером

главная